Августин Аврелий. Творения. Том 3. О граде Божием. Книги I-XIII

Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) — величайший из отцов древней Церкви (dostores ecclesiae) христианского Запада* оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В книге предложены первые тринадцать книг философско-теологического трактата «О граде Божием» — самого известного произведения, в котором сведены воедино основные положения разработанной им христианской доктрины, отчасти принятые всей христианской церковью, отчасти — только католической ее ветвью, а некоторые из положений (например, о предопределении в полном его объеме) — кальвинистской и рядом других протестантских церквей много веков спустя. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии начала XX века, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

: [URL="http://txt.drevle.com/text/avgustin_avreliy-tvoreniya-3-1998/574"]Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998[/URL]
 

OCR
жащимся истинно католической веры, даже сама телесная
смерть наложена на нас не законом природы, по которому
Бог никакой смерти не сотворил для человека, но в
наказание за грех; потому что Бог, наказывая за грех,
сказал человеку, в котором тогда были мы все: "Прах ты,
и в прах возвратишься". *
Глава XVI
Но философы, против клеветы которых мы защищаем
град Божий, то есть Церковь Его, полагают мудростью
смеяться над тем, что мы говорим, а именно: что отделение
души от тела должно почитаться одним из ее наказаний.
По их мнению, совершенное блаженство бывает для нее
тогда, когда она, совершенно совлекшись всякого тела,
возвращается к Богу простою, единою и как бы нагою.
Если бы я не мог найти в их же сочинениях ничего
такого, чем опровергалось бы это мнение, то с моей
стороны потребовалось бы немало труда, чтобы доказать,
что бременем для души служит не просто тело, но тленное
тело. Потому-то в наших Писаниях и говорится, как я
упоминал в предыдущей книге, что тленное тело отягощает
душу (Прем. XI, 15). Присоединив слово "тленное", оно
(Писание) ясно показало, что душа обременяется не всякого
рода телом, но таким, каким оно сделалось в наказание
за грех. Хотя, впрочем, если бы даже и не прибавило
этого, то и тогда мы не должны были бы разуметь что-либо
другое.
Но так как Платон яснейшим образом утверждает, что
боги, созданные верховным Богом, имеют бессмертные
тела, и представляет самого Бога, которым они созданы,
обещающим им в качестве великого благодеяния, что они
вечно будут пребывать со своими телами и не отрешатся
от них никакою смертью, то зачем же они, желая унич-
тожить христианскую веру, притворяются, что не знают
того, что знают, или даже, противореча самим себе,
предпочитают говорить против себя же самих, лишь бы
не перестать говорить против нас? Ведь Платону принад-
572