Августин Аврелий. Творения. Том 3. О граде Божием. Книги I-XIII

Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) — величайший из отцов древней Церкви (dostores ecclesiae) христианского Запада* оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В книге предложены первые тринадцать книг философско-теологического трактата «О граде Божием» — самого известного произведения, в котором сведены воедино основные положения разработанной им христианской доктрины, отчасти принятые всей христианской церковью, отчасти — только католической ее ветвью, а некоторые из положений (например, о предопределении в полном его объеме) — кальвинистской и рядом других протестантских церквей много веков спустя. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии начала XX века, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
подобно тому, как находящихся во сне называем спя-
щими, находящихся в изнеможении — изнемогающими,
находящихся в скорби — скорбящими, находящихся в
жизни — живущими. Называют умерших, прежде чем они
воскреснут, находящимися в смерти: но все же их нельзя
назвать умирающими. Ф
Поэтому я думаю, что весьма кстати и вполне уместно
(хотя, быть может, не по человеческому старанию, а по
божественной воле) произошло то, что этот глагол в ла-
тинском языке, т. е. moritur (умирает), сами грамматики
не могут склонять* по тому образцу, по какому склоняются
прочие подобного рода глаголы. Ибо от oritur (происходит)
получается глагол прошедшего времени ortus est, и другие
подобные глаголы склоняются при посредстве причастия
прошедшего времени. А когда спрашиваем о прошедшем
времени от moritur, то обыкновенно отвечают: mortuus est,
с удвоением буквы и. Мы употребляем mortuus точно
также, как fatuus (сумасбродный), arduus (крутой), consnicuus
(видный) и тому подобные слова, которые не суть глаголы
прошедшего времени, а склоняются без времени, потому
что это — имена. И в вышеупомянутом случае, как бы
для склонения того, что не может склоняться, вместо
причастия прошедшего времени употребляется имя. Таким
образом, вполне сообразно произошло то, что как обоз-
начаемого этим глаголом (т. е. смерти) нельзя избежать**,
так и сам он не может склоняться в речи. Но при помощи
благодати нашего Искупителя может сделаться так, что
мы будем в состоянии отклонить по крайней мере вторую
смерть. Ибо она более тяжела и составляет самое худшее
из всех зол; потому что не состоит из отделения души и
тела, а скорее обнимает то и другое для вечного наказания.
Там уже не как здесь, — не будут люди до смерти и
после смерти, но постоянно в смерти; и потому никогда
люди не будут живущими или умершими, а будут без
конца умирающими. И никогда не будет для человека
* Склонением называли также и изменении глаголов.
** Игра ело»: declinare — и склонять, и отклоняться, избегать.
568