Августин Аврелий. Творения. Том 3. О граде Божием. Книги I-XIII

Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) — величайший из отцов древней Церкви (dostores ecclesiae) христианского Запада* оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В книге предложены первые тринадцать книг философско-теологического трактата «О граде Божием» — самого известного произведения, в котором сведены воедино основные положения разработанной им христианской доктрины, отчасти принятые всей христианской церковью, отчасти — только католической ее ветвью, а некоторые из положений (например, о предопределении в полном его объеме) — кальвинистской и рядом других протестантских церквей много веков спустя. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии начала XX века, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
более мы должны называть творцом природы одного только
Бога, Который и не производит ничего из такого материала,
которого Сам не создает, и не имеет рабочих помимо тех,
которых Сам же сотворил; и если Он отнимет от вещей
Свою производительную силу, то их не будет так же, как
не было их до их сотворения. Но говору "до" в смысле
вечности, а не времени. Ибо кто другой мог быть творцом
времен, кроме Того, Кто создал то, движением чего задает-
ся течение времени?
Глава XXVI
Платон, впрочем, полагал, что меньшие боги, созданные
верховным Богом, творили прочих животных так, что
бессмертную часть брали от Него, а смертную созидали
сами. Поэтому он признавал их творцами не душ, а тел.
Но так как Порфирий говорит, что ради очищения души
следует избегать всякого тела, и вместе с Платоном и
другими платониками полагает, что те, которые жили
невоздержанно и нечестиво, возвращаются в смертные тела,
чтобы претерпевать наказания, причем, согласно Платону,
даже в тела животных, а согласно Порфирию — только
людей, то, чтобы быть последовательными, они должны
сказать, что эти боги, которых они полагают нужным
почитать как наших творцов, суть устроители наших оков
и тюрем, и не создают нас, а заключают в исправительные
дома и налагают на нас самые тяжелые кандалы. Таким
образом, платоники или не должны угрожать душам на-
казанием посредством этих тел, или не внушать нам
необходимости почитания тех, дела рук которых они убеж-
дают по возможности избегать. Впрочем, то и другое
ложно, ибо и души не несут таких наказаний, и Творца
имеют совсем другого. Ведь если жизнь в этом теле дается
только в качестве наказания, то каким образом тот же
Платон говорит, что мир не мог бы быть прекраснейшим
и самым лучшим, если бы не был наполнен всякого рода
существами, смертными и бессмертными? Если же наше
бытие, хотя мы и созданы смертными, есть Божий дар,
552