Августин Аврелий. Творения. Том 3. О граде Божием. Книги I-XIII

Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) — величайший из отцов древней Церкви (dostores ecclesiae) христианского Запада* оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В книге предложены первые тринадцать книг философско-теологического трактата «О граде Божием» — самого известного произведения, в котором сведены воедино основные положения разработанной им христианской доктрины, отчасти принятые всей христианской церковью, отчасти — только католической ее ветвью, а некоторые из положений (например, о предопределении в полном его объеме) — кальвинистской и рядом других протестантских церквей много веков спустя. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии начала XX века, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
Писание, в котором Бог говорит: "При общем ликовании
утренних звезд, когда все сыны Божий восклицали от
радости"* (Иов. XXXVIII, 7). Следовательно, ангелы уже
были, когда сотворены были звезды. Они (звезды) были
сотворены, когда был четвертый день. Итак, скажем ли,
что они (ангелы) были сотворены в третий день? Нет!
Ибо перед глазами то, что было сотворено в этот день.
Тогда земля отделена была от воды, эти две стихии
восприняли различные свойственные им формы и земля
произвела все, что связано с нею корнями. Но не сотворены
ли они во второй день? И этого не могло быть: ибо тогда
между водою низшею и высшею сотворена была твердь,
названная небом; на каковой тверди сотворены были в
четвертый день звезды.
Итак, если ангелы принадлежат к творениям Божиим,
созданным в те дни, то они, несомненно, суть тот свет,
который получил наименование дня, но дня, который, для
обозначения единства его, не был назван "день первый",
но — "день один", и не какой иной день: второй ли,
или третий, или прочие, — но повторяется тот же самый
день, один для пополнения шестеричного и седьмеричного
числа, ради шестеричного и седьмеричного познания: шес-
теричного — по отношению к творениям, созданным
Богом, седьмеричного — относительно покоя Божия. Ибо
когда Бог сказал: "Да будет свет. И стал свет", то если
под этим светом справедливо разумеется творение ангелов,
они, несомненно, сотворены участниками вечного Света,
Который есть сама неизменяемая Премудрость Божия,
сотворившая все и называемая нами единородным Сыном
Божиим; так что, просвещенные Светом, Которым сотво-
рены, они сделались светом и названы днем по причастию
неизменяемому Свету и Дню, Который есть Слово Божие,
Коим и сами они сотворены. Ибо Тот "Свет истинный,
Который просвещает всякого человека, приходящего в
мир" (Иоан. I, 9), просвещает и всякого чистого ангела;
* У Августина говорится не о ликовании, а о сотворении звезд
(в данном же случае идет речь о "положении основания земли") и
восклицании ангелов.
475