Августин Аврелий. Творения. Том 3. О граде Божием. Книги I-XIII

Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) — величайший из отцов древней Церкви (dostores ecclesiae) христианского Запада* оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В книге предложены первые тринадцать книг философско-теологического трактата «О граде Божием» — самого известного произведения, в котором сведены воедино основные положения разработанной им христианской доктрины, отчасти принятые всей христианской церковью, отчасти — только католической ее ветвью, а некоторые из положений (например, о предопределении в полном его объеме) — кальвинистской и рядом других протестантских церквей много веков спустя. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии начала XX века, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
народов, которые считаются великими и как бы божест-
венными: так как у них по преимуществу было развито
любопытство к познанию и почитанию некоторых ангелов?
Какой это всеобщий путь, как не тот, который был указан
свыше не каждому народу, как путь особенный, а всем
народам, как путь общий? *
А что такой путь действительно существует, в этом не
сомневался сей одаренный недюжинными способностями
человек. Он верил, что божественное провидение не могло
оставить человеческий род без такого всеобщего пути к
душевному спасению. Он говорил, что путь такой есть,
но что это столь благое и великое пособие им еще не
найдено, еще не познано. И не удивительно. Порфирий
жил еще в такое время, когда на этот всеобщий путь к
спасению души, который есть не что иное, как христианская
религия, попущено было нападать почитателям идолов и
демонов и земным царям для увеличения числа и увеко-
вечения памяти мучеников, т. е. свидетелей истины, пока-
завших, что за благочестивую веру и ради доказательства
истины надлежит терпеть всякое телесное зло*. Порфирий
видел это и полагал, что вследствие такого рода пресле-
дований путь этот скоро погибнет и что, следовательно,
он не есть всеобщий путь к душевному спасению; он не
понимал, что те страдания, которые поражали его и
которым он сам опасался подвергнуться в случае избрания
этого пути, служат скорее подтверждением и сильнейшим
свидетельством в его пользу.
Итак, вот этот всеобщий, указанный божественным
милосердием всем народам путь к спасению человеческой
души. Для некоторых он уже открылся, для некоторых
же откроется впоследствии. И не надлежало, и не должно
будет сказать ему: "Почему только теперь? Почему так
поздно?" Ибо для человеческого ума непостижимы пути
Открывающего. Это сознавал и Порфирий, когда говорил,
что этот дар Божий еще не получен и что он не имел
еще о нем сведений. Он не считал возможным сомневаться
* Порфирий жил при Диоклетиане, во времена жестоких прес-
ледований христиан.
458