Августин Аврелий. Творения. Том 3. О граде Божием. Книги I-XIII

Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) — величайший из отцов древней Церкви (dostores ecclesiae) христианского Запада* оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В книге предложены первые тринадцать книг философско-теологического трактата «О граде Божием» — самого известного произведения, в котором сведены воедино основные положения разработанной им христианской доктрины, отчасти принятые всей христианской церковью, отчасти — только католической ее ветвью, а некоторые из положений (например, о предопределении в полном его объеме) — кальвинистской и рядом других протестантских церквей много веков спустя. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии начала XX века, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
добро, а зло она не узнала бы, если бы его не делала;
тем не менее, он исправил мнение других платоников в
том немаловажном отношении, что признал, что душа,
очищенная от всякого зла и пребывающая с Отцом, никогда
уже более не испытает зла. Этим мнением он совершенно
устранил другое, считающееся по преимуществу плато-
новским, а именно: будто мертвые являются постоянно
из живых, а живые — из мертвых; и показал ложность
того, что, следуя Платону, говорит Вергилий, будто очи-
щенные души, будучи посланы в елисейские поля (име-
нем которых в мифологии означаются радости блаженных),
призываются к реке Лете для того, чтобы получить там
забвение прошлого:
Лишенные памяти видят небесный свод сызнова
И снова желать начинают в тела возвратиться*.
Порфирию справедливо это не нравилось. И в самом
деле, глупо верить, будто в той жизни, которая не могла
бы быть и блаженной, если бы не была вечной, души
желают мерзости тленных тел и возвращаются в них отту-
да, как-будто высшее очищение производит то действие,
что душа стремится к нечистоте! Ибо если совершенное
очищение состоит в том, что души забывают о всяком
зле, а забвение зла производит желание тел, в которых
душа могла бы снова предаваться злу: в таком случае
высшее счастье будет, очевидно, причиной несчастья, со-
вершенство мудрости — причиной глупости и высшая
чистота — причиной нечистоты. И в действительности
душа не будет блаженною там, где, пока она там бу^ет,
нужно обманывать ее, чтобы она была блаженной. Она
не будет блаженной, если не будет уверенной в своем
блаженстве. А чтобы она была уверенной, она должна
будет иметь ложное убеждение, что вечно будет блаженной;
потому что некогда она снова будет несчастной. А для
кого ложь будет источником радости, каким образом для
того возможна радость истинная? Порфирий принял это
* Virg. Aeneid. VI.
454