Августин Аврелий. Творения. Том 3. О граде Божием. Книги I-XIII

Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) — величайший из отцов древней Церкви (dostores ecclesiae) христианского Запада* оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В книге предложены первые тринадцать книг философско-теологического трактата «О граде Божием» — самого известного произведения, в котором сведены воедино основные положения разработанной им христианской доктрины, отчасти принятые всей христианской церковью, отчасти — только католической ее ветвью, а некоторые из положений (например, о предопределении в полном его объеме) — кальвинистской и рядом других протестантских церквей много веков спустя. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии начала XX века, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

: [URL="http://txt.drevle.com/text/avgustin_avreliy-tvoreniya-3-1998/41"]Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998[/URL]
 

OCR
которому не захотел покориться, и, чтобы не покориться,
решился себя умертвить. Между тем Регул побеждал кар-
фагенян, и римскому государству, как римский полководец,
доставил победу не над согражданами, каковая победа
заслуживала бы скорби, а над врагами его; но потом,
побежденный ими, захотел лучше терпеть их, перенося
рабство, нежели освободиться от них при помощи смерти.
Поэтому, находясь под владычеством карфагенян, он сох-
ранил терпение и неизменность своей любви к Риму,
оставляя свое побежденное тело врагам, а непобедимый
дух — гражданам. Если он не захотел умертвить себя, то
сделал это не из любви к жизни. Это он доказал, когда
ради исполнения данной им клятвы возвратился к тем же
врагам, которым он гораздо более нанес вреда в сенате
словами, нежели в сражении оружием. Итак, если этот
до такой степени не дороживший жизнью человек пред-
почел лучше окончить ее среди свирепых врагов в каких
угодно казнях, чем умертвить самого себя, то он, несо-
мненно, считал самоубийство великим злодеянием.
Среди всех своих достохвальных и знаменитых мужей
римляне не укажут лучшего, которого ни счастье не
испортило, ибо при всех своих великих победах он остался
человеком бедным, ни несчастье не сломило, ибо он
бесстрашно пошел навстречу столь великим бедствиям.
Если же самые знаменитые и мужественные защитники
земного отечества и почитатели пускай и ложных богов,
но почитатели неложные и верные блюстители своих клятв,
имея право по обычаю войны убивать себя в случае
поражения и при этом нисколько не боясь смерти, пред-
почитали лучше терпеть господство победителей, чем со-
вершать самоубийство; то насколько же более должны
воздерживаться от этого злодеяния христиане, чтущие
истинного Бога и воздыхающие о небесном отечестве, если
божественная воля, ради ли испытания, или исправления,
подвергнет их временно власти врагов, — христиане,
которых в этом уничижении не оставит Тот, Кто, будучи
Высочайшим, явился ради них в таком уничижении, —
которых притом никакие распоряжения военной власти
или права войны не принуждают убивать даже и побеж-
39