Августин Аврелий. Творения. Том 3. О граде Божием. Книги I-XIII

Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) — величайший из отцов древней Церкви (dostores ecclesiae) христианского Запада* оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В книге предложены первые тринадцать книг философско-теологического трактата «О граде Божием» — самого известного произведения, в котором сведены воедино основные положения разработанной им христианской доктрины, отчасти принятые всей христианской церковью, отчасти — только католической ее ветвью, а некоторые из положений (например, о предопределении в полном его объеме) — кальвинистской и рядом других протестантских церквей много веков спустя. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии начала XX века, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

: [URL="http://txt.drevle.com/text/avgustin_avreliy-tvoreniya-3-1998/353"]Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998[/URL]
 

OCR
поля. Не в Двенадцати ли еще таблицах, т. е. в древнейших
римских законах, было установлено, как упоминает Цице-
рон, наказание тому, кто это делал? Да, наконец, разве
христианскими судьями был обвинен в магии сам Апулей?
Знай он магию Kate искусство божественное, благочестивое
и соответствующее действиям божественных сил, он, когда
обвиняли его в ней, не только должен был бы в ней
сознаться, но и открыто ее защищать, обвиняя скорее
законы, запрещавшие и осуждавшие такое, что следовало
бы признавать удивительным и заслуживающим уважения.
Поступи он так, он склонил бы, пожалуй, судей на сторону
своего мнения; или, если бы они остались верными взгляду
несправедливых законов и подвергли бы его за защиту и
похвалу этому смертной казни, душу его вознаграждали
бы заслуженными дарами демоны, ради которых, чтобы
защитить их божественные действия, он не побоялся
пожертвовать своей человеческой жизнью.
Так, наши мученики, когда их обвиняли, как в уголовном
преступлении, в исповедании христианской религии, ко-
торая, по их созерцанию, доставляла им спасение и вечную
славу, не отрекались от нее, чтобы избегнуть временных
наказаний; напротив, они, признаваясь в ней, исповедуя
и проповедуя ее, перенося за нее честно и мужественно
все и умирая с благочестивым спокойствием духа, заставили
краснеть сами законы, которыми она запрещалась, и
вызвали их перемену. От этого же платонического философа
дошла до нас весьма обширная и красноречивая речь, в
которой он доказывает, что непричастен преступлениям
магии; он старался доказать свою невинность, отридая,
что делал то, что запрещено было делать. Но ведь все
чудеса магов, которых он признавал справедливо заслужи-
вающими осуждения, совершаются по наставлению и по
действию демонов: на каком же основании он считает их
заслуживающими почитания, утверждая, будто они необ-
ходимы для передачи наших молитв богам, — они, дел
которых мы должны избегать, если желаем, чтобы молитвы
наши дошли до истинного Бога?
Спрашиваю, далее, какие людские молитвы, по мнению
его, передают демоны богам добрым, магические или
12 3ак. 3597
351