Августин Аврелий. Творения. Том 3. О граде Божием. Книги I-XIII

Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) — величайший из отцов древней Церкви (dostores ecclesiae) христианского Запада* оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В книге предложены первые тринадцать книг философско-теологического трактата «О граде Божием» — самого известного произведения, в котором сведены воедино основные положения разработанной им христианской доктрины, отчасти принятые всей христианской церковью, отчасти — только католической ее ветвью, а некоторые из положений (например, о предопределении в полном его объеме) — кальвинистской и рядом других протестантских церквей много веков спустя. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии начала XX века, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
для нас и начало природы, и истина учения, и счастье
жизни, — будут ли они называться платониками, или же
дадут своей секте какое-нибудь иное имя; пусть мыслившие
так будут только философами ионийского рода, и притом
главнейшими, как тот же Платон и те, которые хорошо
поняли его; или даже державшиеся того*же мнения будут
рядом с Пифагором, пифагорейцами и другими философами
италийского рода; пусть, наконец, постигшими это и так
учившими окажутся считающиеся мудрецами других наро-
дов: атлантов, ливийцев, египтян, индийцев, персов, ха-
лдеев, скифов, галлов, испанцев и других: всех их мы
предпочтем остальным и признаем наиболее близкими к
нам.
Глава X
Христианин, если он знаком только с церковной лите-
ратурой, может и не знать платоников; может также не
иметь понятия и о том, что у греков существовало два
рода философов — ионийские и италийские; однако же
он не настолько несведущ в человеческих вещах, чтобы
не знать, что философы учат или любви к мудрости, или
даже самой мудрости, и остерегается тех, которые фило-
софствуют по стихиям мира, а не по Богу, Которым
сотворен и сам мир. Он следует апостольской заповеди и
твердо помнит сказанное: "Смотрите (братия), чтобы кто
не увлек вас философиею и пустым обольщением, по
преданию человеческому, по стихиям мира, а не по Христу"
(Кол. II, 8).
Но чтобы он не считал всех такими, ему сказано тем
же апостолом относительно некоторых: "Что можно знать
о Боге, явно для них, потому что Бог явил им; ибо
невидимое Его, вечная сила Его и Божество, от создания
мира чрез рассматривание творений видимы" (Рим. I, 19,
20). И в речи к афинянам, высказав великую мысль о
Боге, которая могла быть понята только немногими, а
именно: "Мы Им живем и движемся и существуем",
апостол в дополнение говорит: "Как и некоторые из ваших
стихотворцев говорили" (Деян. XVII, 28). Но следует
336