Августин Аврелий. Творения. Том 3. О граде Божием. Книги I-XIII

Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) — величайший из отцов древней Церкви (dostores ecclesiae) христианского Запада* оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В книге предложены первые тринадцать книг философско-теологического трактата «О граде Божием» — самого известного произведения, в котором сведены воедино основные положения разработанной им христианской доктрины, отчасти принятые всей христианской церковью, отчасти — только католической ее ветвью, а некоторые из положений (например, о предопределении в полном его объеме) — кальвинистской и рядом других протестантских церквей много веков спустя. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии начала XX века, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

: [URL="http://txt.drevle.com/text/avgustin_avreliy-tvoreniya-3-1998/334"]Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998[/URL]
 

OCR
это не может существовать без Того, Кто просто существу-
ет: потому что для Него не иное — существовать и иное
— жить, как-будто бы Он мог существовать не живя; и
не иное — жить и иное — мыслить, как-будто бы Он
мог жить не мысля; и не иное — мыслить и иное —
быть блаженным, как-будто бы Он мо& мыслить и не
быть блаженным; но жить, мыслить и быть блаженным
для Него и значит — существовать.
Приняв во внимание эту неизменяемость и простоту,
они пришли к заключению, что Он все это сотворил, а
Сам не мог быть сотворен никем. Они рассуждали так:
все, что существует, есть или тело, или жизнь; но жизнь
есть нечто лучшее, чем тело; вид тела подлежит чувствам,
а вид жизни постигается умом. Поэтому вид, постигаемый
умом, они поставили выше вида, подлежащего чувствам.
Подлежащим же чувствам мы называем то, что может
быть воспринимаемо телесными зрением и осязанием; а
постигаемым посредством ума то, что может быть ус-
матриваемо взором ума. Так, нет никакой телесной красо-
ты ни в положении тела, как, например, в фигуре, ни в
движении, как, например, в пении, о которой составля-
лось бы суждение вне души. Этого никак не могло бы
быть, если бы в ней самой не существовал лучший в
этом роде вид, без рыхлой массы, без шума голоса, без
протяжения времени и пространства. Но в то же самое
время, не будь она изменчива, один не мог бы судить о
чувственном виде лучше другого: более даровитый — луч-
ше менее даровитого, более образованный — лучше менее
образованного, более опытный — лучше менее опытного,
и один и тот же, более развившись, не судил бы после
лучше, чем прежде. А то, что способно воспринимать
более и менее, то, без всякого сомнения, изменчиво.
Отсюда умные, ученые и опытные в этом люди заключили,
что существует некий первообраз, который в этих вещах
оказывается изменчивым.
Итак, когда на их взгляд тело и душа стали представ-
ляться то более, то менее прекрасными, а если бы они
потеряли всякий вид, то перестали бы существовать вовсе,
— они поняли, что существует нечто, в чем заключается
332