Августин Аврелий. Творения. Том 3. О граде Божием. Книги I-XIII

Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) — величайший из отцов древней Церкви (dostores ecclesiae) христианского Запада* оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В книге предложены первые тринадцать книг философско-теологического трактата «О граде Божием» — самого известного произведения, в котором сведены воедино основные положения разработанной им христианской доктрины, отчасти принятые всей христианской церковью, отчасти — только католической ее ветвью, а некоторые из положений (например, о предопределении в полном его объеме) — кальвинистской и рядом других протестантских церквей много веков спустя. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии начала XX века, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

: [URL="http://txt.drevle.com/text/avgustin_avreliy-tvoreniya-3-1998/321"]Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998[/URL]
 

OCR
вырыл из земли его книги, в которых были изложены
причины установлений культов. Теренций отнес их в Рим
претору. Тот, просмотрев их, сообщил об открытии сенату.
Сенат, едва ознакомившись с некоторыми из причин,
высказал одобрение умершему Нуме и, так как отцы-се-
наторы были людьми религиозными, определил, чтобы
претор эти книги сжег".
Пусть каждый думает об этом, что считает нужным.
Для меня же вполне достаточно напомнить, что причины
культов, изложенные Помпилием, установителем римского
культа, не должны были стать известными ни народу, ни
сенаторам, ни жрецам, и что сам Нума Помпилий проник
в эти демонские тайны путем недозволительного любо-
пытства. Он записал их, но хотя и был бесстрашным
царем, не осмелился, однако, ни ознакомить с ними
других, ни сжечь записанное. Первого он не захотел, чтобы
не научить людей нечестию, второго — чтобы не возбудить
против себя недовольство демонов. И вот он зарыл их в
таком месте, которое считал недоступным, ибо не думал,
что к его гробнице осмелится приблизиться плуг. Сенат
же, не решившись осудить верований предков, вынужден
был высказать одобрение Нуме; но упомянутые книги
нашел до такой степени опасными, что побоялся их вновь
зарывать, а приказал сжечь эти памятники с печатью
проклятья. Так как совершать эти культы они считали
необходимым, то рассудили, что заблуждение при незнании
причин более сносно, чем возмущение гражданского поряд-
ка при знании.
Глава XXXV
Нума, к которому не был послан ни пророк Божий,
ни какой-нибудь ангел, вынужден был обратиться к гид-
романтии, чтобы увидеть в воде образы богов (точнее,
насмешки над ним демонов) и от них узнать, что он
должен был установить и совершать в виде культа. Варрон
говорит, что этот род гадания был придуман персами и
именно к нему прибег Нума, а после него и Пифагор.
ПЗак. 3597 НО