Августин Аврелий. Творения. Том 3. О граде Божием. Книги I-XIII

Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) — величайший из отцов древней Церкви (dostores ecclesiae) христианского Запада* оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В книге предложены первые тринадцать книг философско-теологического трактата «О граде Божием» — самого известного произведения, в котором сведены воедино основные положения разработанной им христианской доктрины, отчасти принятые всей христианской церковью, отчасти — только католической ее ветвью, а некоторые из положений (например, о предопределении в полном его объеме) — кальвинистской и рядом других протестантских церквей много веков спустя. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии начала XX века, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

: [URL="http://txt.drevle.com/text/avgustin_avreliy-tvoreniya-3-1998/316"]Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998[/URL]
 

OCR
а земле — женскую, но упустил из виду, что куда
могущественнее Тот, Кто сотворил и небо, и землю. В
таком смысле он объяснил в предшествовавшей книге
знаменитые мистерии самофракийцев, сказав, что одни
идолы обозначают у них небо, другие — землю, а иные
— прообразы вещей, которые Платон Называл идеями.
Под небом, по его мнению, разумеется Юпитер, под
землей — Юнона, а под идеями — Минерва; под небом
— то, от чего бывает, под землею — то, из чего бывает,
под идеями — то, сообразно с чем бывает. Не буду
говорить о том, что по мнению Платона идеи имеют такое
значение, что сообразно с ними не небо творит, но само
оно сотворено. Скажу лишь, что в книге об избранных
богах он сам упустил из виду это трехчастное деление
богов. Он приурочил к небу богов-мужчин, к земле —
богинь-женщин, и среди последних поместил и Минерву,
которую прежде ставил выше неба. Далее, Нептун оказался
у него в море, которое относится скорее к земле, чем к
небу. Наконец, Дитис-отец, называемый греками nXouicov,
брат обоих (т. е. неба-Юпитера и моря-Нептуна) и бог-
мужчина, также оказался богом земным.
Каким же, спрашивается, образом, он старается приуро-
чить богов к небу, а богинь к земле? Что в рассуждениях
его можно найти твердого, несомненного, разумного? Ведь
земля у него и Теллура, начало богинь, Великая Мать,
пред которой горланит и кривляется безумная мерзость
оскопивших себя людей. Какой смысл после этого в том,
что Янус назван им главою богов, а Теллура — богинь?
Там заблуждение не удержало одной главы, здесь безумие
не сохранило ее здоровой. Зачем подобные пустяки они
стараются относить к миру? Да пусть бы они и преуспели
в этом: ни один здравомыслящий человек не станет
почитать мира вместо Бога. Впрочем, они и в этом не
преуспели. Поэтому, пусть лучше отнесут все это к умершим
людям и демонам, и недоразумения устранятся сами собою.
314