Августин Аврелий. Творения. Том 3. О граде Божием. Книги I-XIII

Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) — величайший из отцов древней Церкви (dostores ecclesiae) христианского Запада* оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В книге предложены первые тринадцать книг философско-теологического трактата «О граде Божием» — самого известного произведения, в котором сведены воедино основные положения разработанной им христианской доктрины, отчасти принятые всей христианской церковью, отчасти — только католической ее ветвью, а некоторые из положений (например, о предопределении в полном его объеме) — кальвинистской и рядом других протестантских церквей много веков спустя. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии начала XX века, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

: [URL="http://txt.drevle.com/text/avgustin_avreliy-tvoreniya-3-1998/287"]Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998[/URL]
 

OCR
созерцаем, а глазами не видим: они называются героями,
ларами, гениями. Такова естественная теология, изложенная
кратко в виде предисловия. Она встречается не только у
Варрона, но и у многих философов. Подробнее я буду
разбирать ее тогда, когда с помощью истинного Бога
покончу с теологией гражданской, насколько она касается
богов избранных.
Глава VII
Итак, спрашиваю: кто такой Янус, от которого ведет
начало все? Отвечают, что это — мир. Ответ короток и
ясен. Но в таком случае почему они начало вещей усвояют
ему, а конец — другому, которого называют Термином?
Ведь, по их же словам, именно ради начала и конца этим
двум богам посвящены два месяца сверх тех десяти, которые
начинаются с марта и следуют до декабря: январь посвящен
Янусу, февраль — Термину. Терминалии, говорят они,
празднуются в том же феврале, в котором бывает и
священное очищение, называемое februum, от которого
получил свое название этот месяц. Итак, почему же миру,
который есть Янус, принадлежит начало вещей, а конец
не принадлежит, так что к последнему приставляется
другой бог? Не признают ли они, что все, что в этом
мире бывает, в этом же мире и оканчивается?
Да и что это за бестолковщина: в деле усвоять ему
половинную власть, а в статуе — двойное лицо? Не
гораздо ли лучше объяснялся бы его двуликий вид, если
бы его же называли и Янусом, и Термином, и одному
лицу усвояли начало, а другому — конец? Ибо действующий
должен иметь в виду и то, и другое. Не осматривающийся
во всяком моменте своего действия на начало, не пре-
дусмотрит и конца. Отсюда необходимо, чтобы с озира-
ющеюся назад памятью соединялось прозирающее вперед
внимание. Потерявший то, что начал, не найдет, как
закончить. А если бы они думали, что блаженная жизнь
начинается в этом мире, но вполне достигается вне его,
и поэтому приписали Янусу, т. е. миру, власть только над
285