Августин Аврелий. Творения. Том 3. О граде Божием. Книги I-XIII

Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) — величайший из отцов древней Церкви (dostores ecclesiae) христианского Запада* оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В книге предложены первые тринадцать книг философско-теологического трактата «О граде Божием» — самого известного произведения, в котором сведены воедино основные положения разработанной им христианской доктрины, отчасти принятые всей христианской церковью, отчасти — только католической ее ветвью, а некоторые из положений (например, о предопределении в полном его объеме) — кальвинистской и рядом других протестантских церквей много веков спустя. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии начала XX века, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

: [URL="http://txt.drevle.com/text/avgustin_avreliy-tvoreniya-3-1998/281"]Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998[/URL]
 

OCR
сравнительно с другими более высокое положение они их
поставят. Ибо семена рождаются на земле и из земли, а
жизнь и чувство приписываются и звездным богам. Если
же скажут, что Витумну и Сентину предоставлено лишь
то, что живет и снабжено чувствами в теле, то почему
тот же самый бог, который подает жизнь и чувство всему,
не дает жизни и чувства и телу, сообщая этот дар зачаткам
общим действием? Да и что за нужда в Витумне и Сентине?
Если тот, кто заведует жизнью и чувством, поручил им,
как слугам, это плотское, как дело последнее и слишком
низкое, то неужели те избранные не имеют уже никаких
рабов, которым со своей стороны могли бы поручить
упомянутые действия, а вынуждены при всей своей знат-
ности, в силу которой заслужили быть избранными, рабо-
тать вместе с незнатными?
Избранная Юнона — царица, сестра и супруга Юпитера;
а между тем, она же и Интердука (провожатая в пути)
для детей, и делает это дело с самыми незнатными
богинями, Абеоной и Адеоной. Там же поместили они и
богиню Менту, которая дает детям здравый смысл (mentem);
но ее нет в числе богов избранных — как-будто можно
было дать человеку что-нибудь большее. Но Юнона, как
Интердука и Доминука (провожатая в дом), есть в числе
избранных — как-будто путешествия и возвращения в дом
принесут какую-нибудь пользу, если нет здравого смысла;
богиню же подательницу этого смысла не поместили в
число богов избранных. Ее, несомненно, следовало бы
предпочесть и Минерве, которой в ряду этих мелочных
детских дел усвоили память. Ибо кто усомнится, что иметь
здравый смысл гораздо лучше, чем какую угодно большую
память? Злым не бывает никто, кто имеет здравый смысл,
а память некоторые самые дурные люди имеют удиви-
тельную; и тем они хуже, чем менее в состоянии забыть
дурные мысли. Тем не менее, Минерва состоит в числе
богов избранных, а богиня Мента скрывается в толпе
ничтожных. А что скажу я о богине Добродетели, о богине
Счастье, о которых говорил уже очень много в книге
четвертой? Считая их богинями, они не захотели дать им
места между богами избранными, дав его Марсу и Орку,
279