Августин Аврелий. Творения. Том 3. О граде Божием. Книги I-XIII

Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) — величайший из отцов древней Церкви (dostores ecclesiae) христианского Запада* оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В книге предложены первые тринадцать книг философско-теологического трактата «О граде Божием» — самого известного произведения, в котором сведены воедино основные положения разработанной им христианской доктрины, отчасти принятые всей христианской церковью, отчасти — только католической ее ветвью, а некоторые из положений (например, о предопределении в полном его объеме) — кальвинистской и рядом других протестантских церквей много веков спустя. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии начала XX века, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

: [URL="http://txt.drevle.com/text/avgustin_avreliy-tvoreniya-3-1998/257"]Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998[/URL]
 

OCR
и гражданской теологии, а о теологии баснословной,
которую находил возможным порицать открыто.
Посмотрим теперь, что говорит он о втором роде. "О
втором роде, указанном мною, — пишет Варрон, —
философы оставили нам много сочинений, в которых
показывается, кто такие боги, где они, каково их проис-
хождение и свойство, с какого времени они существуют
или же были всегда; из огня ли они, как думал Герак-
лит, или из чисел, как полагал Пифагор, или из атомов,
как говорил Эпикур; и многое другое, что удобнее слушать
в стенах школ, чем на форуме". В этом роде теологии,
который называется физическим и обязан своим про-
исхождением философам, Варрон не порицает ничего;
упоминает только о спорах между самими философами,
благодаря которым возникло множество различных сект.
Однако, этот род теологии он удаляет с форума, т. е. от
народа, и запирает его в стенах школ. Между тем, первому
роду теологии, роду самому лживому и мерзкому, предос-
тавляет право гражданства. Вот каков благочестивый на-
родный слух, хоть бы и у самих римлян! Что о бессмертных
богах говорят философы, того он не выносит, а что
напевают поэты и представляют гистрионы, то, хотя из-
мышлено вопреки достоинству и природе богов и может
быть свойственно не только человеку вообще, но и самому
презренному человеку, он не только выносит, но и слушает
с удовольствием. Мало того, думают даже, что все подобные
вещи угодны самим богам и что ими надлежит их уми-
лостивлять.
Кто-нибудь скажет: "Отделим эти два рода теологии,
мифический и физический, т. е. баснословный и естест-
венный, от гражданского, который теперь у нас на очереди
и который выделил сам Варрон, и затем посмотрим, как
он объясняет этот гражданский". Почему баснословный
род должен быть отделен от гражданского, это я понимаю:
причина в том, что он ложен, мерзок и постыден. Но
желание отделить естественный от гражданского — чем
назвать иным, как не выражением признания, что и сам
гражданский ложен? В самом деле, если он естественен,
то что же в нем заслуживает порицания, за что бы его
9 Зак. 3597 255