Августин Аврелий. Творения. Том 3. О граде Божием. Книги I-XIII

Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) — величайший из отцов древней Церкви (dostores ecclesiae) христианского Запада* оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В книге предложены первые тринадцать книг философско-теологического трактата «О граде Божием» — самого известного произведения, в котором сведены воедино основные положения разработанной им христианской доктрины, отчасти принятые всей христианской церковью, отчасти — только католической ее ветвью, а некоторые из положений (например, о предопределении в полном его объеме) — кальвинистской и рядом других протестантских церквей много веков спустя. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии начала XX века, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

: [URL="http://txt.drevle.com/text/avgustin_avreliy-tvoreniya-3-1998/248"]Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998[/URL]
 

OCR
вина), дадут кому-нибудь из людей, — когда он станет
молиться бессмертным богам и на просьбу у Лимф вина
получит от них ответ: "Мы имеем воду, вино проси у
Либера", — основание сказать: "Если вы вина не имеете,
дайте мне, по крайней мере, вечную жизнь"? Что может
быть чудовищнее этой нелепости? Не *скажут ли эти
хохотуньи (они обыкновенно очень смешливы), — если
только они, подобно демонам, не стараются вводить в
обман, — в ответ этому просителю: "Можешь ли ты,
любезный, думать, что в нашей власти иметь жизнь (vitam),
когда знаешь, что мы не имеем даже и виноградной лозы
(vitem)?"
Итак, было бы бессмысленнейшей глупостью просить
или чаять вечной жизни от таких богов, которые в
настоящей кратковременной и бедственной жизни и в том,
что касается ее поддержания и подкрепления, считаются
имеющими надзор над столь мелкими частностями, что
если бы у одного из них попросили что-либо находящееся
во власти и ведении другого, то это показалось бы
несообразным и нелепым до такой степени, что было бы
весьма похожим на мимическое дурачество. Это смешно,
когда делается умелыми комедиантами в театре; еще смеш-
нее, когда делается невежественными глупцами в жизни.
Итак, насколько это касается богов, которых учредили
государства, ученые люди тщательно исследовали и пере-
дали потомству, о чем и какому богу или богине следует
молиться; о чем, например, Либеру, о чем — Лимфам,
о чем — Вулкану и прочим богам, которых я отчасти
упомянул в четвертой книге, отчасти же не счел нужным
и упоминать. Затем, если попросить у Цереры вина, у
Либера хлеба, у Вулкана воды, у Лимф огня, то это будет
уже заблуждением; во сколько же раз должно быть большим
безумием молиться тому или иному из этих богов о жизни
вечной?
Когда мы рассуждали о земном царстве и останав-
ливались на вопросе, кого из богов или богинь люди
могли бы считать подателями этого царства, то, перебрав
всех их, нашли чуждым всякой истины думать, будто
кто-нибудь из этих многих и ложных богов обустраивает
246