Августин Аврелий. Творения. Том 3. О граде Божием. Книги I-XIII

Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) — величайший из отцов древней Церкви (dostores ecclesiae) христианского Запада* оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В книге предложены первые тринадцать книг философско-теологического трактата «О граде Божием» — самого известного произведения, в котором сведены воедино основные положения разработанной им христианской доктрины, отчасти принятые всей христианской церковью, отчасти — только католической ее ветвью, а некоторые из положений (например, о предопределении в полном его объеме) — кальвинистской и рядом других протестантских церквей много веков спустя. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии начала XX века, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

: [URL="http://txt.drevle.com/text/avgustin_avreliy-tvoreniya-3-1998/196"]Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998[/URL]
 

OCR
тождества во всем, чего не могут представить ни одни
близнецы; если же замедление рождающегося вторым из-
меняет гороскоп, я требую и различных родителей, которых
близнецы иметь не могут.
Глава III
Напрасно поэтому ссылаются на знаменитый опыт с
гончарным колесом, который придумал, говорят, Нигидий
в ответ на этот затруднивший его вопрос; почему и получил
прозвание Фигула (гончара). Повернув гончарное колесо
с такою силой, с какою в состоянии был это сделать, он
во время кружения его быстро прикоснулся к нему два
раза черной краской как бы в одном и том же месте.
Когда движение колеса прекратилось, сделанные им знаки
были найдены на окраине колеса на немалом расстоянии
один от другого. Так же точно, сказал он, при известной
быстроте небесного круговращения, хотя бы один после
другого рождался с той же скоростью, с какой я два раза
прикоснулся к колесу, это дает большую разницу в не-
бесном пространстве. От этого, пояснил он, оказывается
весьма значительное различие в нравах и превратностях
жизни двойняшек.
Этот аргумент хрупче сосудов, которые лепятся тем
колесом. Ведь если наблюдение неба так трудно, что по
созвездиям нельзя понять, почему одному из близнецов
достается наследство, а другому нет, то как они, рас-
сматривая созвездия других, которые не близнецы, осмели-
ваются предсказывать то, что является непостижимым
таинством, и приурочивать это к минутам рождения?
Скажут, что они делают подобные предсказания относи-
тельно других рождающихся потому, что эти предсказания
основываются на наблюдении более продолжительных про-
межутков времени; а те незначительные части минут,
которые могут отделять близнецов друг от друга во время
рождения, относятся к обстоятельствам пустым, о которых
математиков обыкновенно не спрашивают (кто, например,
станет спрашивать, когда будет сидеть, когда будет ходить,
194