Августин Аврелий. Творения. Том 3. О граде Божием. Книги I-XIII

Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) — величайший из отцов древней Церкви (dostores ecclesiae) христианского Запада* оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В книге предложены первые тринадцать книг философско-теологического трактата «О граде Божием» — самого известного произведения, в котором сведены воедино основные положения разработанной им христианской доктрины, отчасти принятые всей христианской церковью, отчасти — только католической ее ветвью, а некоторые из положений (например, о предопределении в полном его объеме) — кальвинистской и рядом других протестантских церквей много веков спустя. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии начала XX века, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

: [URL="http://txt.drevle.com/text/avgustin_avreliy-tvoreniya-3-1998/181"]Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998[/URL]
 

OCR
дает только благодать Божия через Господа нашего Иисуса
Христа, были принуждаемы силой отправлять в честь
подобных богов такие вещи, которые при иных обстоя-
тельствах казались бы гнусными? Именно в этих играх
праздновались вымышленные поэтами преступления богов,
и эти самые игры возобновлены были по велению сената,
принужденного к этому богами. В этих играх гнуснейшие
гистрионы воспевали, представляли и услаждали растлителя
целомудрия — Юпитера. Если бы это было выдуманным,
он должен был бы гневаться; если же он услаждался
своими, хотя бы и вымышленными, преступлениями: то
когда чтили его, разве не служили ему, как диаволу?
Неужели же это он создал, распространял и сохранял
Римское государство, — он, который был отвратительнее
всякого римлянина, по мнению которого эти вещи были
гнусными? Неужели это он ниспосылает счастье, — он,
которого чтили как злостного, и который еще злосчастнее
гневался, если его не чтили именно таким образом?
Глава XXVII
В письменных памятниках встречается известие, что
ученейший понтифик Сцевола делил богов на три рода:
один из них был введен поэтами, другой — философами,
третий — государственными властями. Первый род он
называет баснословным, потому что он представляет мно-
жество недостойных вымыслов о богах; второй считает не-
пригодным для государства, потому что в нем есть нечто
лишнее, а нечто и такое, что было бы вредно знать на-
роду. На лишнем не останавливаемся; и законоведы часто
говорят: "Лишнее не вредно". Но что разумеет он под
тем, что, если оно дойдет до народа, будет вредным?
"Вредно, — говорит он, — убеждение, что Геркулес,
Эскулап, Кастор и Поллукс — не боги, так как филосо-
фами доказывается, что они жили людьми и умерли как
люди. Что еще? Мнение, что государства не имеют дейс-
твительных изображений тех существ, которые суть боги;
что Бог истинный не имеет ни пола, ни возраста, ни
179