Августин Аврелий. Творения. Том 3. О граде Божием. Книги I-XIII

Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) — величайший из отцов древней Церкви (dostores ecclesiae) христианского Запада* оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В книге предложены первые тринадцать книг философско-теологического трактата «О граде Божием» — самого известного произведения, в котором сведены воедино основные положения разработанной им христианской доктрины, отчасти принятые всей христианской церковью, отчасти — только католической ее ветвью, а некоторые из положений (например, о предопределении в полном его объеме) — кальвинистской и рядом других протестантских церквей много веков спустя. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии начала XX века, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
(pavor) младенцев; Венилией от приходящей (venio) над-
ежды; от удовольствия — Волюпией; от действия —
Агенорой; от возбуждений (stimula), которые располагают
человека к чрезвычайным действиям, богиней Стимулой;
богиней Стренией от того, что делает человека проворным
(stenuus); Нумерией, учащей считать; Каменой, учащей
петь; пусть он же будет и богом Консусом, и подает
советы; и богиней Ювентой, которая после отрочества
охраняет первые начатки юношеского возраста; пусть он
же будет и Фортуной Барбатой, которая покрывает бородою
взрослых (им не захотели оказать той чести, чтобы, какое
бы божество там ни было, назвать его, по крайней мере,
мужским именем, хоть бы от бороды, например, Барбатом,
как Нодут — от коленец; или же не Фортуной, а
Фортунатом, потому что носит бороду); пусть он же в
боге Югатине соединяет супругов; пусть призывается, когда
развязывают пояс новобрачной, и называется богиней
Виргиниенсией; пусть он же будет Мугуном или Тугуном,
который — то же, что у греков Приап.
Пусть, если им не стыдно, всех этих богов, о которых
я сказал, а также и тех, о которых не сказал (не думаю,
чтобы нужно было говорить обо всех), — пусть всех их,
и богов, и богинь, представляет собою один Юпитер: пусть
все они суть или его части, как думают некоторые, или
же его силы, как думают те, которым угодно называть
его душою мира, — мнение, разделяемое многими велики-
ми учеными. Если это так (не вхожу пока в исследование,
каково это мнение), то что потеряли бы они, если бы
почитали с благоразумным устранением излишеств единого
Бога? В самом деле, что было бы обойдено в нем, если
бы именно его и почитали? Если приходилось бояться,
чтобы не разгневались обойденные и забытые его части,
то вся эта жизнь не имела вида жизни одного, как они
думают, живого существа, в котором бы все боги находились
или как его силы, или как члены, или как части. Каждая
часть имела бы свою, отдельную от прочих частей жизнь,
коль скоро одна могла гневаться независимо от другой,
одна могла умилостивляться, другая — раздражаться. Ска-
зать же, что все части вместе, т. е. весь Юпитер целиком
161