Августин Аврелий. Творения. Том 3. О граде Божием. Книги I-XIII

Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) — величайший из отцов древней Церкви (dostores ecclesiae) христианского Запада* оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В книге предложены первые тринадцать книг философско-теологического трактата «О граде Божием» — самого известного произведения, в котором сведены воедино основные положения разработанной им христианской доктрины, отчасти принятые всей христианской церковью, отчасти — только католической ее ветвью, а некоторые из положений (например, о предопределении в полном его объеме) — кальвинистской и рядом других протестантских церквей много веков спустя. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии начала XX века, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

: [URL="http://txt.drevle.com/text/avgustin_avreliy-tvoreniya-3-1998/128"]Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998[/URL]
 

OCR
равно как его верность клятве и крайне лютая смерть, —
все это, если не заставляет богов краснеть, то разве что
потому, что они воздушны и крови не имеют.
Не было в то время недостатка в тяжких бедствиях и
внутри стен Рима. От необыкновенно сильного разлития
реки Тибр разрушились почти все одноэтажные дома в
городе; одни — не выдержав стремительного напора волн,
другие же размокнув и рассыпавшись от продолжительного
стояния в воде. За бедствием от воды последовало еще
более губительное бедствие от огня, который, охватив
некоторые великолепнейшие здания подле форума, не по-
щадил и наиболее близкого к нему храма Весты, где ему
обыкновенно как бы давали вечную жизнь старательной
подкладкой дров не столько почтенные, сколько присуж-
денные к своего рода наказанию девы. Но в то время
огонь здесь не жил, а бешенствовал. Приведенные в ужас
его стремительностью, девы не в состоянии были спасти
эти роковые святыни, которые погубили уже три города,
в которых находились. За ними, рискуя жизнью, бросился
и вытащил их понтифик Метелл, до половины опаленный.
Или огонь не узнал его, или там уже не оставалось ни
одного бога, который бы еще не бежал, если был.
Итак, человек мог принести больше пользы святыне
Весты, чем она — человеку. Если же она не могла
предохранить саму себя от огня, то чем могла помочь она
против воды и огня городу, благосостояние которого, как
думали, она охраняла? Само дело показало с полной
ясностью, что она решительно ничем не могла помочь.
Мы не выдвинули бы со своей стороны никакого возра-
жения, если бы они сказали, что эта святыня была
установлена не для охранения настоящих временных благ,
а для обозначения благ вечных, и поэтому, если случается,
что она как телесная и видимая погибает, от этого не
бывает никакого вреда тому, ради чего она была поставле-
на, и она может быть снова восстановлена для того же
самого употребления. Но по своей изумительной слепоте
они полагают, что благодаря именно этой святыне, которая
время от времени гибнет, земное благосостояние и вре-
менное счастье государства погибнуть не может. Поэтому,
126