Августин Аврелий. Творения. Том 3. О граде Божием. Книги I-XIII

Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) — величайший из отцов древней Церкви (dostores ecclesiae) христианского Запада* оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В книге предложены первые тринадцать книг философско-теологического трактата «О граде Божием» — самого известного произведения, в котором сведены воедино основные положения разработанной им христианской доктрины, отчасти принятые всей христианской церковью, отчасти — только католической ее ветвью, а некоторые из положений (например, о предопределении в полном его объеме) — кальвинистской и рядом других протестантских церквей много веков спустя. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии начала XX века, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

: [URL="http://txt.drevle.com/text/avgustin_avreliy-tvoreniya-3-1998/111"]Августин Аврелий. Творения. Т.3. О граде Божием. Книги I-XIII. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 1998[/URL]
 

OCR
соседями? Из-за одного только тестя, Цезаря, и одного
зятя, Помпея, когда дочери Цезаря и жены Помпея уже
не было в живых, с какою глубокой и справедливой
скорбью восклицает Лукан:
Мы пишем о войнах, что были печальней гражданских,
Когда на полях эмафийских злодейство не знало
границ *
Да, римляне победили, чтобы с обагренными кровью
тестей руками обрести жалкие объятия их дочерей! И
последние не смели оплакивать убитых отцов, чтобы не
оскорбить победителей-супругов. Даже когда те сражались,
они не знали, кому из них желать победы. Такими браками
наградила римлян не Венера, а Беллона; или, может быть,
Алекто, известная адская фурия, в то время, когда Юнона
уже покровительствовала им, имела большую возможность
им вредить, чем тогда, когда Юнона возбуждала ее против
Энея своими просьбами**? Плен Андромахи был счаст-
ливее, чем эти римские браки: после объятий ее, хотя и
рабских, Пирр не убил никого из троянцев. Римляне же
предавали в сражениях смерти отцов после того, как
заключили уже в свои объятия на брачном ложе их дочерей.
Та, подпав под власть победителя, могла оплакивать уже
умерших родных и не бояться за живых; а эти, связанные
узами сожительства со сражающимися, боялись смерти
своих отцов, когда мужья выступали в поход, оплакивали
ее, когда они возвращались, и не могли свободно выражать
ни опасений своих, ни скорби. Им приходилось или по
чувству родственной любви сокрушаться о гибели сограж-
дан, родственников, братьев, отцов, или, подавив в себе
жалость, радоваться победам мужей.
К этому присоединилось и то, что некоторые из них
потеряли мужей от оружия отцов, а некоторые — одно-
временно и отцов, и мужей. Ибо немалым опасностям
такого рода подвергались и римляне. Дело дошло до осады
* Lucan. lib. I.
** Virg. Aeneid. VII, v. 319 et. sqq.