Августин Аврелий. Творения. Том 2. Теологические трактаты

Августин Аврелий. Творения. Т.2. Теологические трактаты. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. ISBN 5-89329-213-8

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354- 430) — величайший из отцов древней Церкви (doctores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В данной книге представлены преимущественно теологические трактаты Блаженного Августина: «О согласии Евангелистов» (в нем Августин дает толкование наиболее противоречивых мест из Нового Завета, стремясь доказать, что между евангелистами не было и быть не могло никаких разногласий) и «О книге Бытия» (посвященный буквальному толкованию первых глав Книги Бытия). Главной целью этой работы являлось показать преемственность книг Ветхого и Нового Заветов. В приложении приведены ранние редакции отдельных глав этой книги, что позволяет при сопоставлении с более поздней авторской редакцией проследить эволюцию взглядов Августина-теолога. Открывает издание одна из наиболее поздних работ Августина «Энхиридион Лаврентию о вере, надежде и любви», посвященная не только философско- теологическим, но и этическим вопросам. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
разить воплощение Господа как царственного потомка и
записал многие изречения и деяния Его. Марк, следовавший
за ним, оказался как бы его провожатым и сократителем
его труда, потому что он с одним только Иоанном не
сказал ничего общего, сам лично —только очень немногое,
совместно с одним Лукой — сравнительно много, но
больше всего именно с Матфеем, и кроме того он во
многом согласен или с кем-либо одним, или со всеми
вместе в передаче того или иного, причем часто почти
теми же самыми словами. Лука же изобразил преимущес-
твенно священническое происхождение и лицо Господа.
В самом деле, ведь и к самому Давиду оно подходит,
если следовать не царственной линии предков, а через
тех, которые не были царями: Лука дошел до Нафана,
сына Давидова (Лук. III, 31), который не был царем. Он
изображает не так, как Матфей, — который, начиная с
царя Соломона (Мф. I, 6), проследил по порядку всех
прочих царей, сохраняя таинственное число в их ряду, о
чем мы будем говорить ниже.
Глава III
5. Действительно, Господь Иисус Христос, единый ис-
тинный Царь и единый истинный Священник, — первое
для управления нами, а второе — для искупления нас,
— обнаружил, что эти два лица, в отдельности провоз-
вещенные у праотцов, имели свой внешний образ: во-пер-
вых, в надписи, прибитой к Его кресту: "Царь Иудейский",
— почему и Пилат по таинственному наитию ответил
иудеям: "Что я написал, то написал" (Иоан. XIX, 19 —
22), ибо в псалмах было предречено: "Не уничтожай
надписи имени"; во-вторых, касательно лица священника
в том, что Он научил нас приносить и принимать жертвы,
почему и предпослал пророчество, говорящее о Нем: "Ты
священник вовек по чину Мельхиседека" (Пс. CIX, 4). И
во многих других памятниках священного письма Христос
является и Царем, и Священником. Отсюда и сам Давид,
сыном которого Он называется чаще, чем других, — как
^6