Августин Аврелий. Творения. Том 2. Теологические трактаты

Августин Аврелий. Творения. Т.2. Теологические трактаты. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. ISBN 5-89329-213-8

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354- 430) — величайший из отцов древней Церкви (doctores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В данной книге представлены преимущественно теологические трактаты Блаженного Августина: «О согласии Евангелистов» (в нем Августин дает толкование наиболее противоречивых мест из Нового Завета, стремясь доказать, что между евангелистами не было и быть не могло никаких разногласий) и «О книге Бытия» (посвященный буквальному толкованию первых глав Книги Бытия). Главной целью этой работы являлось показать преемственность книг Ветхого и Нового Заветов. В приложении приведены ранние редакции отдельных глав этой книги, что позволяет при сопоставлении с более поздней авторской редакцией проследить эволюцию взглядов Августина-теолога. Открывает издание одна из наиболее поздних работ Августина «Энхиридион Лаврентию о вере, надежде и любви», посвященная не только философско- теологическим, но и этическим вопросам. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

: [URL="http://txt.drevle.com/text/avgustin_avreliy-tvoreniya-2-2000/750"]Августин Аврелий. Творения. Т.2. Теологические трактаты. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. ISBN 5-89329-213-8[/URL]
 

OCR
Пелагианство заключает в себе одну сторону христиан-
ского теократического идеала, которой недостает Августину:
идеал этот требует действительно такой человеческой воли,
которая была бы в состоянии содействовать благодати в
свободе. С точки зрения этого идеала Пелагий прав в
том, что призывает человеческую свободу к «действию; но
его учение есть проповедь антихристианская и антитеок-
ратическая, поскольку оно утверждает свободу односто-
ронним образом, поскольку оно отделяет человеческую
волю от социального, организующего действия благодати.
Христианская теократия не хочет быть делом рук челове-
ческих, и с этой точки зрения Пелагий неправ.
Но, с другой стороны, Августин, представляющий проти-
воположную односторонность, точно так же и прав, и
неправ, как и его противники — пелагиане. Христианская
теократия не хочет быть делом одного Божества и требует
свободного человечества, как основы для действия благо-
дати.
Как учение одностороннее, августинизм никогда не мог
преодолеть противоположной ему односторонности, пелаги-
анства, которая всегда противополагается ему с некоторым,
хотя и меньшим, историческим правом.
Но, не говоря уже об относительной правоте авгус-
тинизма, как учения, более соответствующего идеальным
историческим требованиям и событиям той эпохи, он
имеет еще одно громадное преимущество. Пелагианство,
как миросозерцание индивидуалистическое, антицерковное,
не сдержано в своем развитии церковным преданием,
которое действительно вскоре окончательно им отбрасы-
вается. Отдельная личность здесь предоставлена своему
индивидуальному усмотрению и произволу; и вот почему
пелагианство очень скоро смогло отойти от христианства,
обнаружив свои языческие особенности. В ином положении
находится Августин. В качестве апологета социальной жиз-
ни церкви и церковной организации, он более сдержан в
своей проповеди. Между тем, хотя в то время особенности
двух половин христианства — восточного, эллинского и
западного, латинского, — уже резко обозначились, они
еще не начинали между собой братоубийственного спора.
748