Августин Аврелий. Творения. Том 2. Теологические трактаты

Августин Аврелий. Творения. Т.2. Теологические трактаты. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. ISBN 5-89329-213-8

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354- 430) — величайший из отцов древней Церкви (doctores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В данной книге представлены преимущественно теологические трактаты Блаженного Августина: «О согласии Евангелистов» (в нем Августин дает толкование наиболее противоречивых мест из Нового Завета, стремясь доказать, что между евангелистами не было и быть не могло никаких разногласий) и «О книге Бытия» (посвященный буквальному толкованию первых глав Книги Бытия). Главной целью этой работы являлось показать преемственность книг Ветхого и Нового Заветов. В приложении приведены ранние редакции отдельных глав этой книги, что позволяет при сопоставлении с более поздней авторской редакцией проследить эволюцию взглядов Августина-теолога. Открывает издание одна из наиболее поздних работ Августина «Энхиридион Лаврентию о вере, надежде и любви», посвященная не только философско- теологическим, но и этическим вопросам. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
враждующих элемента достигают высшего своего земного
средоточия. Отдаваясь плотским страстям, эгоистическому
самоутверждению, человек поддерживает пленение световых
частиц; путем питания и естественного размножения он
* служит целям злого начала, приковывая добро к царству
мрака новыми узами и передавая ненормальное соединение
из поколения в поколение. Напротив, путем аскетического
самоумерщвления и самоотрицания, постом и воздержанием
он может и должен содействовать высвобождению пленен-
ных частиц света. Но эту высшую свою практическую
задачу человек может совершить лишь поскольку он прос-
ветлен познанием. Задача познания, гносиса, состоит в
том, чтобы уяснить человечеству коренную ненормальность
существующего, основное противоречие вселенной, и тем
самым подготовить акт самоотрицания, самоуничтожения
мироздания посредством аскетического подвига человека.
Что же, спрашивается, привлекло Августина к манихей-
ству? Во-первых, рационалистический характер системы,
которая опирается не на внешний авторитет, а обращается
к разуму человека, пытаясь дать рациональное объяснение
существующего. Этот рационализм был по сердцу мысли-
телю, которого, по его собственному признанию, в то
время отталкивала и соблазняла простота Евангелия; он
искал миросозерцания научного. Во-вторых, чувственный,
фантастический характер этой доктрины, в которой гности-
ческий рационализм уживается с необузданным восточным
воображением, весьма сроден его южному африканскому
темпераменту. Наконец, в-третьих, как было сказано выше,
в ней гипостазируется тот этический и психологический
дуализм, который Августин находит в себе путем глубокого
самоанализа. "Любя в добродетели мир, — говорил он,
— и ненавидя в пороке раздор, я замечал в первом случае
единство, во втором же — некоторое разделение. Мне
казалось, что в этом единстве состоит разумная душа, и
в нем заключается природа истины и верховного блага.
В основу же разделения неразумной жизни я полагал сам
не знаю какую субстанцию и природу высшего зла, которая
не только есть субстанция, но обладает настоящей жизнью",
притом субстанция, созданная не Богом, но одинаково с
23 Зак. 3645 703