Августин Аврелий. Творения. Том 2. Теологические трактаты

Августин Аврелий. Творения. Т.2. Теологические трактаты. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. ISBN 5-89329-213-8

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354- 430) — величайший из отцов древней Церкви (doctores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В данной книге представлены преимущественно теологические трактаты Блаженного Августина: «О согласии Евангелистов» (в нем Августин дает толкование наиболее противоречивых мест из Нового Завета, стремясь доказать, что между евангелистами не было и быть не могло никаких разногласий) и «О книге Бытия» (посвященный буквальному толкованию первых глав Книги Бытия). Главной целью этой работы являлось показать преемственность книг Ветхого и Нового Заветов. В приложении приведены ранние редакции отдельных глав этой книги, что позволяет при сопоставлении с более поздней авторской редакцией проследить эволюцию взглядов Августина-теолога. Открывает издание одна из наиболее поздних работ Августина «Энхиридион Лаврентию о вере, надежде и любви», посвященная не только философско- теологическим, но и этическим вопросам. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

: [URL="http://txt.drevle.com/text/avgustin_avreliy-tvoreniya-2-2000/696"]Августин Аврелий. Творения. Т.2. Теологические трактаты. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. ISBN 5-89329-213-8[/URL]
 

OCR
В тот век всеобщего разъединения и разлада отдельная
личность чувствует себя одиноко и волей-неволей сосре-
доточивается в своем внутреннем мире. А потому мы не
удивимся, что философствование Августина начинается с
самоуглубления и самоисследования. В новейшей литера-
туре неоднократно было указано на его субъективизм, на
его склонность к рефлексии, переходящую в болезненное
прислушивание к себе; особенно часто любят подчеркивать
в нем эту родственную себе черту протестантские немецкие
историки. Центральным в умозрении Августина, говорят
они нам, является субъективный внутренний мир челове-
ческого сознания, воли и чувства. "Все внешнее имеет
для него значение и цену, — говорит Зибек, — лишь
когда оно является в рефлексии внутреннего", все объек-
тивное интересует его лишь в плане его отношения к
человеку и его внутреннему миру. На первом месте у
него, по словам Зибека, самое интимное, жизнь челове-
ческой души в Боге.
Сам Августин действительно пишет, что он хочет знать
только душу и Бога, и ничего более. Но мы были бы
крайне несправедливы к нашему отцу церкви, если бы во
всем его мышлении видели один лишь субъективизм и
всю его философию сводили к одной лишь субъектной
рефлексии. Субъективизм того времени, как было уже
сказано, соответствует состоянию одиночества сосредото-
ченной в себе личности, и если бы мышление нашего
отца церкви оставалось при одной рефлексии, он никогда
бы не вышел из состояния эгоистического обособления,
умственного и нравственного, и никогда бы не мог воз-
выситься над индивидуализмом своего общества; во всяком
случае не эта черта делает его основателем средневековой
теократии. На самом деле, он человек контрастов и вмещает
в своем сознании элементы самые разнообразные и раз-
нородные. Осознав ничтожество материального, чувствен-
ного мира, он погружается в самого себя, но лишь для
того, чтобы, признав пустоту и ничтожество замкнутой в
себе человеческой личности, выйти из этого состояния в
мистическое созерцание.
694