Августин Аврелий. Творения. Том 2. Теологические трактаты

Августин Аврелий. Творения. Т.2. Теологические трактаты. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. ISBN 5-89329-213-8

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354- 430) — величайший из отцов древней Церкви (doctores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В данной книге представлены преимущественно теологические трактаты Блаженного Августина: «О согласии Евангелистов» (в нем Августин дает толкование наиболее противоречивых мест из Нового Завета, стремясь доказать, что между евангелистами не было и быть не могло никаких разногласий) и «О книге Бытия» (посвященный буквальному толкованию первых глав Книги Бытия). Главной целью этой работы являлось показать преемственность книг Ветхого и Нового Заветов. В приложении приведены ранние редакции отдельных глав этой книги, что позволяет при сопоставлении с более поздней авторской редакцией проследить эволюцию взглядов Августина-теолога. Открывает издание одна из наиболее поздних работ Августина «Энхиридион Лаврентию о вере, надежде и любви», посвященная не только философско- теологическим, но и этическим вопросам. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
то что же остается, как не предположить, что они полу-
чаются от какого-нибудь духа?
Глава XIII
Иные полагают, что человеческая душа в самой себе
имеет некоторую силу прорицания. Но если так, почему
же она не всегда может, хотя и всегда хочет? Может быть,
потому, что не всегда получает помощь, чтобы могла? А
когда получает, возможно ли, чтобы эта помощь никому
не принадлежала, или принадлежала телу? Остается, поэто-
му, думать, что она принадлежит духу. Затем, как получается
эта помощь? В теле ли происходит что-нибудь такое, что
внимание души как бы отвлекается и отступает от тела,
вследствие чего она приходит в состояние, когда в самой
себе созерцает знаменующие образы, которые в ней су-
ществовали и раньше, но ею не замечались, подобно тому,
как в памяти мы имеем много такого, чего не замечаем,
или в этом случае возникает что-нибудь такое, чего раньше
в самой душе не было, а существовало в каком-нибудь
духе, в котором, отрешаясь и освобождаясь от тела, она
эти образы и видит? Но если они в душе уже были как
нечто ей принадлежащее, почему же она их столь часто
не понимает? Ибо в большинстве случаев она их не
понимает. Разве что сделать такое предположение: как дух
ее получает помощь, чтобы видеть их, так, в свою очередь,
и ум ее не может их понимать, если не получает помощи?
Или же, возможно, устраняются и как бы разрешаются
не телесные препятствия, мешающие душе в ее стремлении
к видениям, а она сама непосредственно уносится в эти
видения, или только духовно их созерцая, или же понимая
и разумно? Или, наконец, иногда она видит эти образы
в себе самой, иногда же — благодаря вмешательству
какого-либо другого духа. Какое бы из этих предположений
мы ни приняли, оно, во всяком случае, не должно
утверждаться категорично, а потому и — дерзко. Одно
только не подлежит сомнению: что телесные образы,
созерцаемые духом у бодрствующих ли, или сонных, или
641