Августин Аврелий. Творения. Том 2. Теологические трактаты

Августин Аврелий. Творения. Т.2. Теологические трактаты. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. ISBN 5-89329-213-8

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354- 430) — величайший из отцов древней Церкви (doctores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В данной книге представлены преимущественно теологические трактаты Блаженного Августина: «О согласии Евангелистов» (в нем Августин дает толкование наиболее противоречивых мест из Нового Завета, стремясь доказать, что между евангелистами не было и быть не могло никаких разногласий) и «О книге Бытия» (посвященный буквальному толкованию первых глав Книги Бытия). Главной целью этой работы являлось показать преемственность книг Ветхого и Нового Заветов. В приложении приведены ранние редакции отдельных глав этой книги, что позволяет при сопоставлении с более поздней авторской редакцией проследить эволюцию взглядов Августина-теолога. Открывает издание одна из наиболее поздних работ Августина «Энхиридион Лаврентию о вере, надежде и любви», посвященная не только философско- теологическим, но и этическим вопросам. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

: [URL="http://txt.drevle.com/text/avgustin_avreliy-tvoreniya-2-2000/633"]Августин Аврелий. Творения. Т.2. Теологические трактаты. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. ISBN 5-89329-213-8[/URL]
 

OCR
очевидно, не могла быть видима при посредстве тела. Тела
же хотя и могут быть видимы вне тела, но, конечно, не
так, как при помощи тела, а совершенно иным способом
* (если такой существует), почему было бы удивительно,
если бы этот способ мог ввести апостола в такое заблуж-
дение или сомнение, чтобы, видя телесное небо нетелес-
ными глазами, он мог сказать, что не знает, в теле ли,
или вне тела видел его.
Остается поэтому допустить, что так как апостол, столь
тщательно различающий, что он знает и чего не знает,
не мог ошибаться, то, когда был восхищен на небо, он
не знал и сам, в теле ли он был, как существует душа
в живом теле сонного или бодрствующего человека, или
в отрешении от телесных чувств в экстазе; или же совер-
шенно вышел из тела, оставив его мертвым до тех пор,
пока его душа, по окончании видения, не возвратилась в
мертвые члены и он не то чтобы пробудился, будучи
раньше сонным, или пришел в чувства, будучи раньше
погруженным в экстаз, а — ожил. Поэтому то, что, будучи
восхищен на небо, он там видел, и что, как утверждает,
знает, то он видел в собственном смысле, а не в мечтах.
Но так как душа его, отрешенная от тела, оставляла его
то ли совершенно мертвым, то ли сама находилась в нем
каким-нибудь свойственным живому телу способом, а ум
ее был восхищен для созерцания неизреченных тайн ви-
дения, то он и не знал, был ли он тогда в теле, или
нет.
Глава VI
А что бывает видимо не образно, а в собственном
смысле, и в то же время не при посредстве тела, то
видимо бывает в (таком роде) зрения, который превосходит
все прочие. Постараюсь, с помощью Господа, разъяснить
это подробней. В одной заповеди: "Возлюби ближнего
твоего, как самого себя" (Мф. XXII, 39), когда мы ее
читаем, встречаются три рода зрения: во-первых — пос-
редством глаз, которыми мы видим сами буквы, затем —
посредством человеческого духа, которым мысленно пред-
631