Августин Аврелий. Творения. Том 2. Теологические трактаты

Августин Аврелий. Творения. Т.2. Теологические трактаты. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. ISBN 5-89329-213-8

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354- 430) — величайший из отцов древней Церкви (doctores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В данной книге представлены преимущественно теологические трактаты Блаженного Августина: «О согласии Евангелистов» (в нем Августин дает толкование наиболее противоречивых мест из Нового Завета, стремясь доказать, что между евангелистами не было и быть не могло никаких разногласий) и «О книге Бытия» (посвященный буквальному толкованию первых глав Книги Бытия). Главной целью этой работы являлось показать преемственность книг Ветхого и Нового Заветов. В приложении приведены ранние редакции отдельных глав этой книги, что позволяет при сопоставлении с более поздней авторской редакцией проследить эволюцию взглядов Августина-теолога. Открывает издание одна из наиболее поздних работ Августина «Энхиридион Лаврентию о вере, надежде и любви», посвященная не только философско- теологическим, но и этическим вопросам. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

: [URL="http://txt.drevle.com/text/avgustin_avreliy-tvoreniya-2-2000/632"]Августин Аврелий. Творения. Т.2. Теологические трактаты. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. ISBN 5-89329-213-8[/URL]
 

OCR
человек" и т. п., приписывая этим образам те имена,
которые имеют сами предметы, подобия коих мы видели;
апостол же говорит: "то знаю, а этого не знаю".
А если и то и другое представлялось ему образно, в
таком случае то и другое он одинаково знал или не знал;
если же небо представлялось ему в своем собственном
виде, и потому он знал о нем, то каким образом тело
того человека могло представляться ему образным?
В самом деле, если виделось ему телесное небо, почему
же он скрыл, виделось ли оно ему телесными глазами?
Если же не был уверен, телесными ли глазами, или в
духе оно ему виделось, то потому не был уверен и в том,
действительно ли телесное небо виделось ему, или же оно
представлялось ему образно? С другой стороны, если
виделась ему бестелесная субстанция не в образе какого-
нибудь тела, а так, как созерцаются нами правосудие,
мудрость и т. п., и таким было и небо, то ясно: ничего
подобного нельзя видеть телесными глазами, а потому,
если он знал, что видел что-нибудь подобное, то не мог
сомневаться, что видел не при помощи тела.
Глава V
Что же ты знаешь и, из опасения ввести верующих в
заблуждение, отличаешь от того, чего не знаешь? Человека,
говорит, восхищенного до третьего неба. Но это небо было
или тело, или дух. Если оно было телом и было видимо
телесными глазами, почему же он знает, что оно существует,
и не знает, что было им видимо в теле? А если оно было
духом, в таком случае или представляло собою телесный
образ, и тогда одинаково неизвестно как то, было ли оно
телом, так и то, было ли видимо им в теле, или же было
видимо так, как умом созерцается мудрость, т. е. безо
всяких телесных образов, и в таком случае известно, что
не могло быть видимо при посредстве тела; следовательно,
или известно и то и другое, или то и другое неизвестно,
или же известно то, что было видимо, а неизвестно то,
при посредстве чего было видимо. Ибо бестелесная природа,
630