Августин Аврелий. Творения. Том 2. Теологические трактаты

Августин Аврелий. Творения. Т.2. Теологические трактаты. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. ISBN 5-89329-213-8

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354- 430) — величайший из отцов древней Церкви (doctores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В данной книге представлены преимущественно теологические трактаты Блаженного Августина: «О согласии Евангелистов» (в нем Августин дает толкование наиболее противоречивых мест из Нового Завета, стремясь доказать, что между евангелистами не было и быть не могло никаких разногласий) и «О книге Бытия» (посвященный буквальному толкованию первых глав Книги Бытия). Главной целью этой работы являлось показать преемственность книг Ветхого и Нового Заветов. В приложении приведены ранние редакции отдельных глав этой книги, что позволяет при сопоставлении с более поздней авторской редакцией проследить эволюцию взглядов Августина-теолога. Открывает издание одна из наиболее поздних работ Августина «Энхиридион Лаврентию о вере, надежде и любви», посвященная не только философско- теологическим, но и этическим вопросам. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
пользуется переносным выражением для того, чтобы назвать
открытыми глаза, которые и раньше были открыты, —
открытыми, конечно, для созерцания и познания чего-
нибудь такого, чего они дотоле не замечали. Ибо там
возникло жадное любопытство к преступлению заповеди,
страстно желавшее испытать неизвестное, а именно: что
последует за запрещенным вкушением, и услаждавшееся
вредной свободой сбросить узы запрета в предположении,
что не последует смерти, которой они боялись. Действитель-
но, яблоки на запрещенном дереве, надобно думать, были
такими же, какими они были и на других деревьях, и
они по опыту знали, что они безвредны; им легче было
думать, что Бог простит их, когда они согрешат, нежели
терпеливо сносить незнание чего-нибудь, даже и того,
почему Бог запретил им брать с этого дерева плод. Поэтому
тотчас же вслед за преступлением заповеди они, лишившись
внутренне оставившей их благодати, которую они оскор-
били надмением и гордой любовью к собственной власти,
остановили взоры на своих членах и почувствовали в них
похоть, которой раньше не знали. Итак, их глаза открылись
на то, на что раньше они не были открыты, хотя на все
другое и были открыты.
Глава XXXII
В тот же самый день, в который совершилось то, что
Бог воспретил, явилась смерть. Ибо с утратой дивного
состояния их тело, которое поддерживалось таинственною
силой от дерева жизни, благодаря которой они не могли
ни подвергаться болезни, ни изменяться в возрасте, так
что вкушением с дерева жизни в их плоти, хотя еще
душевной и долженствующей затем измениться к лучшему,
обозначалось то, что в ангелах, вследствие участия их в
вечности, происходит от духовного питания мудростью
(символом чего служило дерево жизни), так что они не
могут измениться к худшему, — итак, говорю, с утратой
дивного состояния их тело получило болезненное и смер-
тное свойство, присущее и плоти скотов, а отсюда — и
613