Августин Аврелий. Творения. Том 2. Теологические трактаты

Августин Аврелий. Творения. Т.2. Теологические трактаты. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. ISBN 5-89329-213-8

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354- 430) — величайший из отцов древней Церкви (doctores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В данной книге представлены преимущественно теологические трактаты Блаженного Августина: «О согласии Евангелистов» (в нем Августин дает толкование наиболее противоречивых мест из Нового Завета, стремясь доказать, что между евангелистами не было и быть не могло никаких разногласий) и «О книге Бытия» (посвященный буквальному толкованию первых глав Книги Бытия). Главной целью этой работы являлось показать преемственность книг Ветхого и Нового Заветов. В приложении приведены ранние редакции отдельных глав этой книги, что позволяет при сопоставлении с более поздней авторской редакцией проследить эволюцию взглядов Августина-теолога. Открывает издание одна из наиболее поздних работ Августина «Энхиридион Лаврентию о вере, надежде и любви», посвященная не только философско- теологическим, но и этическим вопросам. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
из ребра его, потому что среди этих животных не нашлось
для него подобной помощницы. Мне кажется, что это
было сделано в целях некоторого пророческого знамения,
но сделано так, что при несомненности совершившегося
события истолкование его остается открытым. В самом
деле, что значит, прежде всего, что Адам нарек имена
птицам и земноводным животным, за исключением рыб
и всех вообще плавающих? Ибо если мы обратимся к
языку человеческому, то увидим, что не только то, что
существует в водах и на земле, но и сама земля, вода,
небо и все, что мы на небе видим, чего не видим и чему
верим, все это имеет свои имена, хотя на разных языках
называется по-разному.
Мы знаем, что первоначально, прежде чем гордость
(строителей) воздвигнутой после потопа башни разделила
человеческое общество на различные языки, существовал
один язык. Каким бы ни был тот язык, к нашему вопросу
это не относится. Несомненно только, что на нем говорил
и Адам, и если этот язык существует и доселе, то в нем
находятся и те членораздельные звуки, при помощи которых
первый человек дал имена животным и птицам. Но можно
ли поверить в то, что имена рыб на этом языке установлены
были не человеком, а свыше, и им человек научился
потом от самого Бога? Если даже допустить, что так оно
и было, то почему так было, в этом, без сомнения, сокрыт
таинственный смысл. Между тем, надобно думать, что
имена рыбам даны были постепенно, после знакомства с
их породами. Но если это было сделано не тогда, когда
звери, скоты и птицы были приведены к человеку, чтобы
он всем им, к нему собранным и разделенным по породам,
дал имена, и притом дал имена постепенно и раньше,
чем рыбам, то какая тому могла быть причина, кроме
намерения обозначить что-нибудь такое, что имело бы
значение как предуказание будущего? На этом пункте мы
остановимся особо.
Затем, неужели Бог не знал, что в породах животных
Он не сотворил ничего такого, что могло бы быть по-
мощницей подобною человеку? Или все это нужно было
для того, чтобы и сам человек это осознал и считал жену
542