Августин Аврелий. Творения. Том 2. Теологические трактаты

Августин Аврелий. Творения. Т.2. Теологические трактаты. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. ISBN 5-89329-213-8

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354- 430) — величайший из отцов древней Церкви (doctores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В данной книге представлены преимущественно теологические трактаты Блаженного Августина: «О согласии Евангелистов» (в нем Августин дает толкование наиболее противоречивых мест из Нового Завета, стремясь доказать, что между евангелистами не было и быть не могло никаких разногласий) и «О книге Бытия» (посвященный буквальному толкованию первых глав Книги Бытия). Главной целью этой работы являлось показать преемственность книг Ветхого и Нового Заветов. В приложении приведены ранние редакции отдельных глав этой книги, что позволяет при сопоставлении с более поздней авторской редакцией проследить эволюцию взглядов Августина-теолога. Открывает издание одна из наиболее поздних работ Августина «Энхиридион Лаврентию о вере, надежде и любви», посвященная не только философско- теологическим, но и этическим вопросам. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
нечто духовное, хотя оно, чем бы там оно ни было, не
было природой души, но из него явилось дыхание Божие,
которое стало природой души, как и природы человеческого
тела еще не было прежде, чем Бог образовал ее из праха
земного, ибо прах этот не был плотью человека, однако
было нечто такое, из чего явилась плоть, которой еще не
было.
Глава VI
Но возможно ли так, чтобы в первых делах шести дней
Бог создал не только причинное начало будущего чело-
веческого тела, но и саму его материю, т. е. землю, из
праха которой оно было образовано; и при этом сотворил
только начало души, а не некую своего рода материю, из
которой бы она явилась? Ибо если бы душа была неизме-
няемой, то в этом случае мы не должны были бы поднимать
вопроса о ее материи; между тем, изменяемость души
достаточно ясно показывает, что иногда пороками и ложью
она обезображивается, а добродетелью и наставлением в
истине образуется. Но (такою она является) уже по своей
природе, по которой она есть душа, как, в свою очередь,
и плоть по той своей природе, по которой она — плоть,
и здоровьем украшается, и обезображивается болезнями и
ранами. А поскольку эта последняя, помимо того, что она
есть плоть и поэтому или совершенствуется, становясь
красивой, или же приходит в упадок и становится безоб-
разной, имеет еще и материю, т. е. землю, из которой
она возникла, чтобы окончательно стать плотью, то, может
быть, и душа, прежде чем стать природой, которая назы-
вается уже душою или прекрасной от добродетели, или
безобразной от порока, могла иметь некую сообразную
своему роду духовную материю, которая не была еще
душой, подобно тому, как и земля, из которой сотворена
плоть, была уже нечто, хотя еще и не плоть.
476