Августин Аврелий. Творения. Том 2. Теологические трактаты

Августин Аврелий. Творения. Т.2. Теологические трактаты. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. ISBN 5-89329-213-8

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354- 430) — величайший из отцов древней Церкви (doctores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В данной книге представлены преимущественно теологические трактаты Блаженного Августина: «О согласии Евангелистов» (в нем Августин дает толкование наиболее противоречивых мест из Нового Завета, стремясь доказать, что между евангелистами не было и быть не могло никаких разногласий) и «О книге Бытия» (посвященный буквальному толкованию первых глав Книги Бытия). Главной целью этой работы являлось показать преемственность книг Ветхого и Нового Заветов. В приложении приведены ранние редакции отдельных глав этой книги, что позволяет при сопоставлении с более поздней авторской редакцией проследить эволюцию взглядов Августина-теолога. Открывает издание одна из наиболее поздних работ Августина «Энхиридион Лаврентию о вере, надежде и любви», посвященная не только философско- теологическим, но и этическим вопросам. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

: [URL="http://txt.drevle.com/text/avgustin_avreliy-tvoreniya-2-2000/406"]Августин Аврелий. Творения. Т.2. Теологические трактаты. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. ISBN 5-89329-213-8[/URL]
 

OCR
вещей неизвестным и необычным для нас образом и их
вечер и утро, как и сами свет и тьма, т. е. день и ночь,
не представляли собою той смены (времен), какую, бла-
годаря движению солнца, представляют нынешние дни;
это, по крайней мере, очевидно для первых трех дней,
упоминаемых прежде сотворения светил. #
Поэтому, каковыми бы ни были в тех днях вечер и
утро, ни в коем случае не следует думать, что в наступившее
после вечера шестого дня утро получил начало покой
Божий, дабы не явилась у нас пустая и дерзкая мысль,
что к вечности и неизменности Бога прибавилось некое
временное благо; напротив, покой, каким Бог почивает в
самом Себе, будучи блаженным благом, которое есть Он
сам, не имеет ни начала, ни конца; по отношению же к
произведенной Им твари этот покой Божий имеет начало.
Ибо совершенство каждой вещи утверждается не столько
на целом, частью которого она служит, сколько на Том,
от Кого она обретает бытие и в Ком существует и само
целое — утверждается в меру своего рода, чтобы быть
спокойной, т. е. сохранять свойственное ей место. Отсюда,
вся завершенная в шесть дней совокупность твари одно
имеет в самой себе, и иное — в том порядке, в каком
она существует в Боге; существует не как Бог, но так,
что покой ее собственной устойчивости заключается только
в покое Того, Кто, помимо самого Себя, не желает ничего
иного, с получением чего мог бы обрести покой. И в то
время, как Он пребывает в самом Себе, все, что от Него
(происходит), возвращается к Нему; так что всякая тварь
в себе самой имеет предел своей природы, по которому
она не то, что Он, а — в Нем, в Чьем покое она
сохраняется тем, что она есть, ибо в Нем — место ее
покоя. Знаю, что слово "место" здесь не может быть
использовано в прямом смысле, так как в прямом смысле
оно обозначает некое пространство, занимаемое телами;
но поскольку и тела остаются только на том месте,
которого они способны достигнуть как бы устремлением
своей тяжести, чтобы на нем уже оставаться в спокойном
состоянии, то вполне допустимо использовать слово "место"
404