Августин Аврелий. Творения. Том 2. Теологические трактаты

Августин Аврелий. Творения. Т.2. Теологические трактаты. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. ISBN 5-89329-213-8

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354- 430) — величайший из отцов древней Церкви (doctores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В данной книге представлены преимущественно теологические трактаты Блаженного Августина: «О согласии Евангелистов» (в нем Августин дает толкование наиболее противоречивых мест из Нового Завета, стремясь доказать, что между евангелистами не было и быть не могло никаких разногласий) и «О книге Бытия» (посвященный буквальному толкованию первых глав Книги Бытия). Главной целью этой работы являлось показать преемственность книг Ветхого и Нового Заветов. В приложении приведены ранние редакции отдельных глав этой книги, что позволяет при сопоставлении с более поздней авторской редакцией проследить эволюцию взглядов Августина-теолога. Открывает издание одна из наиболее поздних работ Августина «Энхиридион Лаврентию о вере, надежде и любви», посвященная не только философско- теологическим, но и этическим вопросам. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
Глава VI
Итак, допустим, что сказанное о мере, числе и весе
надлежит понимать таким образом: "Все расположено так,
чтобы имело свою собственную меру, свое собственное
число, свой собственный вес" и, согласно *с данным ему
от Бога расположением, изменялось, являясь то крупней,
то мельче; то больше, то меньше; то легче, то тяжелей
— сообразно с изменяемостью своего рода. Но неужто
же подобно тому, как изменяется все, мы назовем изме-
няемым и то деяние Божие, по которому расположено
все? Избави Бог от такого безумия!
Далее, если все располагалось так, чтобы оно имело
свою меру, свое число и свой вес, где (спрашивается)
созерцал все это сам Располагающий? Несомненно, не вне
Себя, подобно тому, как мы наблюдаем тела при помощи
глаз — ведь всего этого еще не было, коль скоро оно
только располагалось к бытию. Не созерцал Он всего этого
и внутри Себя, подобно тому, как мы мысленно созерцаем
телесные образы, представляемые нами в уме на основании
того, что видели или видим. Тогда как же Он созерцал
все это? Да только так, как может созерцать лишь Он
один.
Глава VII
Впрочем, даже и мы, существа смертные и греховные,
в которых тленное тело отягощает душу и земное житие
обременяет ум, — даже, говорю, и мы, хотя нам и не
может быть известна божественная субстанция, как известна
она себе самой (даже если бы мы и обладали чистейшим
сердцем, совершеннейшим умом и были уже подобны
святым ангелам), вышеуказанное совершенство числа шесть
созерцаем не вне себя, как тела — глазами, и не внутри
себя, как телесные образы и формы видимых предметов,
а совсем другим, особенным образом. Конечно, когда мы
мыслим состав, порядок и делимость шести, перед нашим
умственным взором как бы проносятся некоторые подобия
телец, однако, сильный ум не станет останавливаться на
392