Августин Аврелий. Творения. Том 2. Теологические трактаты

Августин Аврелий. Творения. Т.2. Теологические трактаты. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. ISBN 5-89329-213-8

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354- 430) — величайший из отцов древней Церкви (doctores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В данной книге представлены преимущественно теологические трактаты Блаженного Августина: «О согласии Евангелистов» (в нем Августин дает толкование наиболее противоречивых мест из Нового Завета, стремясь доказать, что между евангелистами не было и быть не могло никаких разногласий) и «О книге Бытия» (посвященный буквальному толкованию первых глав Книги Бытия). Главной целью этой работы являлось показать преемственность книг Ветхого и Нового Заветов. В приложении приведены ранние редакции отдельных глав этой книги, что позволяет при сопоставлении с более поздней авторской редакцией проследить эволюцию взглядов Августина-теолога. Открывает издание одна из наиболее поздних работ Августина «Энхиридион Лаврентию о вере, надежде и любви», посвященная не только философско- теологическим, но и этическим вопросам. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
вершилось!", когда исполнилось над Ним все, сказанное
у пророков, и как будто только Он этого и ожидал, потому
что, конечно, Он мог умереть, когда захотел бы; а потом
уже, предавая Себя Богу, Он испустил дух. Если же
кому-либо кажется, что это может быть изложено в каком
угодно ином порядке, то особенно следует остерегаться
того, чтобы кому-нибудь не показалось, что какой-либо
евангелист противоречит другому, если он умолчал о том,
что сказал другой, или сказал о том, о чем другой умолчал.
Глава XIX
56. Затем Матфей говорит: "И вот, завеса в храме
раздралась на-двое, сверху до низу" (Мф. XXVII, 51). А
Марк описывает это так: "И завеса в храме разодралась
на-двое, сверху до низу" (Марк. XV, 38). Лука же об этом
говорит следующим образом: "И завеса в храме раздралась
по середине" (Лук. XXIII, 45), но не в том же порядке.
Желая присоединить одно чудо к другому, он после слов:
"И померкло солнце" счел необходимым присоединить
рассказ о завесе, предупреждая случившееся после того,
как Господь испустил дух, чтобы затем снова возвратиться
к передаче событий о питье из уксуса, о громком вос-
клицании Господа и о самой смерти, которая, конечно,
совершилась прежде раздирания завесы и распространения
тьмы. В самом деле, ведь Матфей, сказав о том, что
Иисус испустил дух, сразу после этого повествует о завесе.
Он этим прямо указал, что она разодралась тогда, когда
Иисус испустил дух. Но если бы он не прибавил: "И
вот", а просто сказал: "завеса разодралась", то было бы
неизвестно, не вспомнили ли он и Марк об этом позднее,
чем следует, а Лука, напротив, сохранил порядок событий.
Глава XX
57. Матфей продолжает: "И земля потряслась; и камни
расселись; и гробы отверзлись; и многие тела усопших
274