Августин Аврелий. Творения. Том 2. Теологические трактаты

Августин Аврелий. Творения. Т.2. Теологические трактаты. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. ISBN 5-89329-213-8

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354- 430) — величайший из отцов древней Церкви (doctores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В данной книге представлены преимущественно теологические трактаты Блаженного Августина: «О согласии Евангелистов» (в нем Августин дает толкование наиболее противоречивых мест из Нового Завета, стремясь доказать, что между евангелистами не было и быть не могло никаких разногласий) и «О книге Бытия» (посвященный буквальному толкованию первых глав Книги Бытия). Главной целью этой работы являлось показать преемственность книг Ветхого и Нового Заветов. В приложении приведены ранние редакции отдельных глав этой книги, что позволяет при сопоставлении с более поздней авторской редакцией проследить эволюцию взглядов Августина-теолога. Открывает издание одна из наиболее поздних работ Августина «Энхиридион Лаврентию о вере, надежде и любви», посвященная не только философско- теологическим, но и этическим вопросам. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

: [URL="http://txt.drevle.com/text/avgustin_avreliy-tvoreniya-2-2000/11"]Августин Аврелий. Творения. Т.2. Теологические трактаты. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. ISBN 5-89329-213-8[/URL]
 

OCR
12. Итак, все природы — благи, так как их Виновник
— высочайше благ, но поскольку они не столь же неизмен-
но благи, как сам их Виновник, то поэтому добро в них
может уменьшаться и возрастать. Уменьшение же добра
есть зло. Впрочем, сколь бы не уменьшалось добро, все
равно, пока существует та или иная природа, в ней
необходимо есть хоть толика добра. И сколь бы ни была
мала сама природа, то добро, из которого она состоит,
не может уменьшиться без уменьшения ее самой. Спра-
ведливо, конечно, восхваляется природа чистая и непов-
режденная, но она была бы стократ прекрасней, если бы
вообще не могла подвергнуться порче. Насколько же она
подвержена порче, настолько порча ее есть зло, так как
лишает ее некоторого добра; ибо если не лишает никакого
добра, то не причиняет вреда, если же причиняет вред,
следовательно, отнимает добро. Итак, сколько бы природа
не подвергалась порче, в ней есть добро, которого она
могла бы лишиться. Поэтому, если что-нибудь останется
в природе, что уже не может быть испорченным, то и
сама эта природа будет уже совершенно неподверженной
порче, и этого величайшего блага достигнет именно порчей.
И если не перестанет подвергаться порче, не перестанет
также иметь добро, которого могла бы лишить ее порча.
Если же порча истребит природу целиком, то тогда не
будет никакого добра, так как не будет никакой природы.
Поэтому порча не может уничтожить добро иначе, как
уничтожив природу. Итак, всякая природа есть добро:
большое добро, если не может подвергаться порче, если
может — малое. Отрицать же существование добра можно
лишь по полному недомыслию. Если оно истребляется
порчей, то не остается и самой порчи, ибо не остается
и природы, в которой она могла бы существовать.
13. Поэтому не было бы совсем того, что называется
злом, если бы не было никакого добра. Добро, лишенное
всякого зла, есть чистое добро, то же добро, в котором
находится зло — испорченное или худое добро; там же,
где нет никакого добра, там не может быть и какого-либо
зла. Отсюда следует интересный вывод: так как всякая
природа уже только в силу того, что она — природа, есть
9