Августин Аврелий. Творения. Том 2. Теологические трактаты

Августин Аврелий. Творения. Т.2. Теологические трактаты. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. ISBN 5-89329-213-8

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354- 430) — величайший из отцов древней Церкви (doctores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. В данной книге представлены преимущественно теологические трактаты Блаженного Августина: «О согласии Евангелистов» (в нем Августин дает толкование наиболее противоречивых мест из Нового Завета, стремясь доказать, что между евангелистами не было и быть не могло никаких разногласий) и «О книге Бытия» (посвященный буквальному толкованию первых глав Книги Бытия). Главной целью этой работы являлось показать преемственность книг Ветхого и Нового Заветов. В приложении приведены ранние редакции отдельных глав этой книги, что позволяет при сопоставлении с более поздней авторской редакцией проследить эволюцию взглядов Августина-теолога. Открывает издание одна из наиболее поздних работ Августина «Энхиридион Лаврентию о вере, надежде и любви», посвященная не только философско- теологическим, но и этическим вопросам. В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и с превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
Избегая Юпитера стрел, из отнятого царства
изгнанник,
Непокорный народ, по высоким рассеянный горам,
Он собрал и закон ему дал, и назвать пожелал
Латиумом.
Ибо в этих горах в безопасности долго скрывался*.
Разве изображение его с всегда покрытой головою не
намекает на то, что он как бы скрывается? Разве не он
показал италийцам земледелие, о чем свидетельствует его
серп? "Нет, — говорят они, — ибо хотя тебе и кажется,
что он был человеком и как бы царем, но мы Сатурна
понимаем в смысле всеобщего времени, что показывает и
его греческое имя, которое с прибавлением придыхания
(XpovoO суть название времени; по этой причине и на
латинском языке он называется Сатурном, как будто он
пресыщается годами (saturetur annis)". Я не знаю, зачем
толковать с теми людьми, которые, пытаясь объяснять
имена и изображения своих богов, сознаются, что их
высший бог и отец всех прочих богов есть время. В самом
деле, что еще может это означать, как не то, что все их
боги, отцом которых они представляют время, ограничены
временем.
35. Поэтому-то их философы, новые платоники, которые
жили уже в христианские времена, краснея от стыда
пытались объяснить имя Сатурна иначе, говоря, что он
назван Кронос как бы вследствие пресыщения разумом,
потому что сытость-де по-гречески называется х°роС> а
разум или мысль — vou£, с чем сообразуется и латинское
имя, составленное как бы из латинской первой части и
греческой последней, так что этим выражается та мысль,
что он есть satur vood;.
Действительно, они видели, что нелепо считать Юпитера
сыном времени, если они думали или хотели думать, что
он есть вечный бог. Но при таком новом толковании, —
если только древнейшие из них знали о нем, — удивитель-
* Вергилий. Энеида, кн. 8. Вергилий предполагает, что Latium
происходит от latere (скрываться).
98