Августин Аврелий. Творения. Том 1. Об истинной религии

Августин Аврелий. Творения. Т.1. Об истинной религии. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. С.742

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) - величайший из отцов древней Церкви (doctores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. Многогранности дарований и масштабу личности Блаженного Августина вполне согтветствует общее количество написанных им сочинений - 93 в 232 книгах. В данном томе представлены ранние и по преимуществу философские работы святого отца. Приведены также обширный философско-догматический трактат «Об истинной религии (против манихеев)» и знаменитая, ошеломляющая «Исповедь». В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и к превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
не следует мыслить ничего телесного, когда мыслишь о
Боге, равно и когда мыслишь о душе, так как этот предмет
— ближайший к Богу. Но, признаюсь, привлекательность
женщины и служебной карьеры удерживала меня от того,
чтобы немедля погрузиться в лоно философии: изведав
это, я полагал уже потом (что удается лишь немногим
счастливцам) устремиться на всех парусах и веслах в
мирную гавань. Прочитав же несколько книг Платона,
жарким приверженцем которого ты являешься, и сопоставив
с ними, насколько мог, авторитетное суждение тех, которые
передали нам божественные тайны, я воспламенился до
такой степени, что готов было обрубить все свои якоря,
если бы не поколебало меня мнение некоторых людей.
И тут на помощь мне, предавшемуся пустым упражнениям,
подоспела буря, почему-то считающаяся несчастьем. Меня
вдруг охватила такая сердечная боль, что, не будучи в
состоянии переносить бремя той профессии, которая, быть
может, унесла бы меня к сиренам, я бросил все и привел
свой разбитый корабль в желанное затишье.
Итак, ты видишь, в какой философии, в какой гавани
я пребываю. Но, хотя гавань эта широко раскрывается
предо мною, и хотя ее пространство уже менее опасно,
однако и она не исключает возможности заблуждения.
Ибо я решительно не знаю, к какой части земли, единствен-
но блаженной, приблизиться мне и пристать. В самом
деле, что твердого выработал я, когда меня еще колеблет
и приводит в недоумение вопрос о душе? Посему умоляю
тебя во имя твоей добродетели, во имя человеколюбия,
во имя союза и общения душ: протяни мне руку. А это
значит, люби меня и верь, что, в свою очередь, и я
люблю тебя и ты мне дорог. Если я вымолю это у тебя,
то весьма легко и без особого усилия достигну самой
блаженной жизни, обладателем которой считаю тебя. А
дабы ты знал, чем я занимаюсь и как собираю к этой
гавани своих друзей и отсюда полнее узнал мою душу, я
решил адресовать тебе и посвятить твоему имени начало
моих состязаний, которые, как мне кажется, вышло бла-
гоговейным и вполне достойным твоего имени. И это
естественно, поскольку мы рассуждали о блаженной жизни.
89