Августин Аврелий. Творения. Том 1. Об истинной религии

Августин Аврелий. Творения. Т.1. Об истинной религии. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. С.742. ISBN 5-89329-212-X

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) - величайший из отцов древней Церкви (doctores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. Многогранности дарований и масштабу личности Блаженного Августина вполне согтветствует общее количество написанных им сочинений - 93 в 232 книгах. В данном томе представлены ранние и по преимуществу философские работы святого отца. Приведены также обширный философско-догматический трактат «Об истинной религии (против манихеев)» и знаменитая, ошеломляющая «Исповедь». В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и к превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

: [URL="http://txt.drevle.com/text/avgustin_avreliy-tvoreniya-1-2000/76"]Августин Аврелий. Творения. Т.1. Об истинной религии. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. С.742. ISBN 5-89329-212-X[/URL]
 

OCR
полагавших, что мудрый не знает мудрости, подтвержденное
столькими и такими доказательствами, ниспровергается
такими соображениями, которые вынуждают нас признать
гораздо более вероятным, что мудрый знает мудрость, то
это еще более должно удерживать от доверия. Ибо, это-де
само по себе доказывает, что нет такого мнения, какими
бы многочисленными и точными доказательствами оно не
было бы обставлено, которому с противоположной точки
зрения человек даровитый не представил бы более или
менее остроумное опровержение. Поэтому-де академик,
будучи побежденным, окажется победителем...".
О, если бы победить его! Владей он хоть искусством
Пеласга, ему не удастся уйти от меня в одно и то же
время побежденным и победителем! Если же не оказалось
бы возможным возразить что-нибудь другое против этого,
я охотно признал бы себя побежденным. Ибо у нас речь
не о приобретении славы, а об открытии истины. Для
меня достаточно каким бы то ни было образом перешагнуть
эту громаду, которая встает на пути входящим в фило-
софию, и, темнея невесть какими закоулками, грозит, что
и вся философия такова, и не позволяет надеяться найти
в ней сколько-нибудь света. Желаний чего-либо большего
я не могу и иметь, если достигнута вероятность, что
мудрый нечто знает. Ибо, если и кажется вероятным, что
мудрый должен удерживаться от доверия, то лишь по той
причине, что было вероятно, что он ничего не может
познавать. Коль скоро это устранено (так как сделана
уступка, что мудрый знает по крайней мере самую муд-
рость), не остается причин тому, почему бы мудрый не
доверял хотя бы самой мудрости. Ибо нет сомнения, что
гораздо чудовищнее представлять мудрого, не одобряющего
мудрости, чем мудрого, не знающего истины.
Прошу вас представить себе следующее зрелище: идет
некий спор между мудрым и мудростью. Что может
утверждать мудрость, как не то, что она есть мудрость. А
тот, представьте, говорит: "Не верю". Кто говорит мудрости:
"Не верю, что ты мудрость"? Тот, с кем она могла говорить
и кого удостоила чести в нем обитать, т. е. мудрый! Идите
теперь и отыскивайте меня, который борется с ака-
73