Августин Аврелий. Творения. Том 1. Об истинной религии

Августин Аврелий. Творения. Т.1. Об истинной религии. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. С.742. ISBN 5-89329-212-X

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) - величайший из отцов древней Церкви (doctores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. Многогранности дарований и масштабу личности Блаженного Августина вполне согтветствует общее количество написанных им сочинений - 93 в 232 книгах. В данном томе представлены ранние и по преимуществу философские работы святого отца. Приведены также обширный философско-догматический трактат «Об истинной религии (против манихеев)» и знаменитая, ошеломляющая «Исповедь». В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и к превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

: [URL="http://txt.drevle.com/text/avgustin_avreliy-tvoreniya-1-2000/60"]Августин Аврелий. Творения. Т.1. Об истинной религии. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. С.742. ISBN 5-89329-212-X[/URL]
 

OCR
и против этого нечто, что будет сказано остроумно и с
вероятностью; и что образ и как бы некое отражение
этого следует усматривать в известном Протее, о котором
рассказывается, что он обыкновенно ловился, когда его
вовсе не ловили, а искавшие его никогда не могли его
найти, разве только по какому-либо божественному ука-
занию. Если такое указание будет и удостоит открыть нам
эту истину, составляющую предмет стольких стараний, то
и я, даже и против их воли, чего однако же не предполагаю,
признаю их побежденными.
— Дело идет так хорошо, — говорю я, — что лучшего
я и не желал. Ибо, прошу обратить внимание, сколько и
в каком роде высказано полезного для меня. Во-первых,
академики представляются уже до такой степени побеж-
денными, что им не остается другого средства к защите,
кроме того, которое невозможно. Ибо кто в состоянии
каким-либо образом понять или поверить, что побежден-
ный, на основании того самого, чем побежден, станет
выставлять себя победителем? Затем, если у нас и остается
еще некоторый предмет спора с ними, то он не в том,
что они говорят, будто нельзя ничего знать, а в том, что
они утверждают, будто ничему не следует доверять. Итак,
мы пришли теперь к соглашению. Ибо как мне, так и
им кажется, что мудрый знает мудрость. Они советуют
только удерживаться от доверия, говорят, что им только
кажется; но знать, — как говорю я о себе, что знаю, —
они никоим образом не знают. Говорю и я, что мне то
или другое кажется, потому что я глуп, как и они, если
не знают мудрости. Но все же я думаю, что мы должны
утверждать нечто, т. е. истину. Спрашиваю я их, отрицают
ли они это, т. е. полагают ли они, что истине не следует
доверять. Они этого не говорят никогда, а стоят на своем,
что ее нельзя найти. Итак, они имеют и в данном случае
во мне отчасти союзника, потому что я, как и они, не
отвергаю, а, следовательно, по необходимости полагаю,
что с истиной следует соглашаться. Но кто, говорят,
Докажет ее? На этот раз я не стану с ними спорить. Для
меня достаточно уже, что невероятно, чтобы мудрый ничего
не знал, дабы не принудить их утверждать бессмыслицу
57