Августин Аврелий. Творения. Том 1. Об истинной религии

Августин Аврелий. Творения. Т.1. Об истинной религии. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. С.742. ISBN 5-89329-212-X

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) - величайший из отцов древней Церкви (doctores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. Многогранности дарований и масштабу личности Блаженного Августина вполне согтветствует общее количество написанных им сочинений - 93 в 232 книгах. В данном томе представлены ранние и по преимуществу философские работы святого отца. Приведены также обширный философско-догматический трактат «Об истинной религии (против манихеев)» и знаменитая, ошеломляющая «Исповедь». В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и к превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

: [URL="http://txt.drevle.com/text/avgustin_avreliy-tvoreniya-1-2000/55"]Августин Аврелий. Творения. Т.1. Об истинной религии. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. С.742. ISBN 5-89329-212-X[/URL]
 

OCR
может казаться, что он постиг мудрость в вещах вероятных.
Но думаю, никто из нас не сомневается, что под этой
мудростью я понимаю исследование вещей божественных
и человеческих.
— Из того, что ты пытаешься увернуться, — улыбнулся
я, — еще не следует, что тебе это удалось. Мне кажется,
что ты споришь уже ради самого спора. И Так как хорошо
знаешь, что эти юноши еще с трудом могут различать
остроту и тонкость в суждениях, то и пользуешься не-
опытностью судей, чтобы говорить сколько тебе заблаго-
рассудится, не встречая ни с чьей стороны неодобрения.
Ведь незадолго до этого, когда я спрашивал, знает ли
мудрый мудрость, ты сказал, что ему кажется, что знает.
Но кому кажется, что мудрый знает мудрость, тому не
может казаться, чтобы мудрый ничего не знал. Против
этого спорить нельзя, разве кто решится утверждать, что
мудрость есть ничто. Из этого вышло, что и тебе кажется
то же самое, что и мне; мне кажется, что мудрый нечто
знает; то же, полагаю, и тебе, который сказал, что мудрому
кажется, что мудрый знает мудрость.
— Думаю, что упражнять свои способности желаю не
столько я, сколько ты, и весьма этому удивляюсь, так
как ты не имеешь нужды в каком-либо упражнении по
данному предмету. Может быть я и слеп, но мне кажется,
что есть различие между тем, чтобы казаться себе знающим,
и тем, чтобы знать, между мудростью, полагаемою в
исследовании, и истиной. И то и другое нами говорилось;
но каким образом все это объединяется, я не понимаю.
Тогда я, так как нас позвали уже к обеду, сказал:
— Я недоволен, что ты так упрямишься, потому что
или оба мы не знаем, что говорим, и в таком случае нам
нужно постараться снять с себя такой позор, или познает
один из нас, что также оставить без внимания и пренебречь
было бы постыдным. Поэтому в послеобеденные часы
сойдемся снова. Ибо в то время, как мне казалось, что
между нами все покончено, ты пустил в дело даже кулаки.
На это все рассмеялись, и мы отправились домой.
52