Августин Аврелий. Творения. Том 1. Об истинной религии

Августин Аврелий. Творения. Т.1. Об истинной религии. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. С.742

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) - величайший из отцов древней Церкви (doctores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. Многогранности дарований и масштабу личности Блаженного Августина вполне согтветствует общее количество написанных им сочинений - 93 в 232 книгах. В данном томе представлены ранние и по преимуществу философские работы святого отца. Приведены также обширный философско-догматический трактат «Об истинной религии (против манихеев)» и знаменитая, ошеломляющая «Исповедь». В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и к превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
ополчило одну часть меня на другую. Непризнание греха
усугубляло грех, и я святотатственно желал, чтобы Ты
скорее был побежден во мне, нежели я — в Тебе, во
спасение мое. Сколь далек я был, Боже, общаясь с их
"избранными", от благочестивой молитвы: "Положи, Гос-
поди, охрану устам моим, и огради двери уст моих; не
дай уклониться сердцу моему к словак лукавым для
извинения дел греховных вместе с людьми, делающими
беззаконие" (Пс. CXL, 3, 4).
Однако, я уже не надеялся найти что-либо стоящее в
их лживом учении и довольствовался им за неимением
лучшего. Я постепенно начал приходить к выводу, что
наиболее разумными были философы, именуемые ака-
демиками, полагавшие, что следует сомневаться во всем,
ибо истина недоступна вообще. Вместе со всеми я наивно
полагал, что именно так они и думали; их намерения
были мне тогда непонятны*. Поэтому я пользовался любым
удобным случаем, чтобы высмеять чрезмерную доверчи-
вость, с которой мой хозяин относился ко всем ма-
нихейским басням. Но это не мешало мне быть гораздо
ближе к манихеям, чем к тем, кто не принадлежал к их
секте. Я уже не был их пылким защитником, но общение
с ними делало меня ленивым к поискам лучшего, тем
более, что им удалось отвратить меня от Церкви Твоей,
Господи неба и земли, Творец всего видимого и невидимого;
они убедили меня, что постыдно веровать, будто Ты имел
человеческую плоть, был заключен в телесную оболочку.
А так как я вообще не мог тогда представить себе что-либо
бестелесное, то это служило главной причиной всех моих
заблуждений. Поэтому и зло я мыслил как некую темную
и бесформенную величину, то плотную, и тогда она
называлась землей, то редкую и тонкую, похожую на
воздух, которую они называли злым духом, распростертым
над землей. Благочестие мое не могло допустить, чтобы
Бог мог сотворить нечто злое, и потому я верил, что
* Впоследствии Августин пришел к выводу, что своим демонст-
ративным скептицизмом академики хотели защитить истинный пла-
тонизм от нападок стоиков и эпикурейцев; см. "Против академиков".
538