Августин Аврелий. Творения. Том 1. Об истинной религии

Августин Аврелий. Творения. Т.1. Об истинной религии. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. С.742. ISBN 5-89329-212-X

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) - величайший из отцов древней Церкви (doctores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. Многогранности дарований и масштабу личности Блаженного Августина вполне согтветствует общее количество написанных им сочинений - 93 в 232 книгах. В данном томе представлены ранние и по преимуществу философские работы святого отца. Приведены также обширный философско-догматический трактат «Об истинной религии (против манихеев)» и знаменитая, ошеломляющая «Исповедь». В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и к превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

: [URL="http://txt.drevle.com/text/avgustin_avreliy-tvoreniya-1-2000/506"]Августин Аврелий. Творения. Т.1. Об истинной религии. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. С.742. ISBN 5-89329-212-X[/URL]
 

OCR
но были не более, чем словесным шумом, и не было
истины в их сердцах. Они только без конца повторяли:
"Истина, истина", но ничего не знали о ней. Они ложно
учили не только о Тебе, Который и есть Истина, но и
об элементах мира, созданного Тобой. А ведь из любви
к Тебе, Отец мой, непреложное Благо, я должен был бы
оставить и тех философов, которые учили о мире правильно.
О, Истина, всем сердцем искал я Тебя, и они пели
мне о Тебе на все лады и в пустых речах своих, и в
толстенных книгах. Мне, алчущему, они подносили на
своих дымящихся блюдах солнце и луну, как будто эти
прекраснейшие творения Твои могли заменить Тебя; а
ведь и среди творений не им, хотя они светлы и небесны,
по праву принадлежит первенство, ибо они — суть телесные
твари, но — творениям духовным. Но и не их, наипер-
вейших, искал я, а Тебя, Истину, у Которой "нет изменения
и ни тени перемены" (Иак. I, 17). Но предо мною
продолжали выставлять блюда, наполненные фантазмами;
воистину, лучше было бы поклоняться нашему солнцу,
необманно видимому телесными глазами, чем их — обману
глаз души. И, однако, я ел предложенную пищу, думая,
что Ты здесь, хотя и не ощущал подлинного вкуса Твоего.
Ибо не было Тебя в их пустых измышлениях, и чем
больше я ел, тем больше тощал. Это все больше напоминало
сны о еде: во сне ведь можно есть сколько угодно, но
все равно проснешься голодным. Эти призраки напоминали
Тебя еще меньше, чем тени от предметов — сами предметы.
И если воспоминания о вещах менее истинны, чем сами
вещи, то сколь же неистинны предположения о вещах,
которых нет вообще. Вот каким бреднями питался я тогда,
питался, но не мог насытиться. А ведь Ты, Господи,
любовь моя, крепость моя, в Котором даже немощь моя
становится силой, Ты ведь — и не те тела, которые мы
видим, хотя бы они и были на небе, и даже не те,
которых мы не видим, ибо Ты создал и те и другие.
Насколько же далек Ты от тех призрачных тел, которых
нет вообще! Ибо подлиннее их образы существующих тел,
еще подлиннее — сами тела, но и они — не Ты; Ты
выше даже души, оживляющей тела, а ведь она куда лучше
503