Августин Аврелий. Творения. Том 1. Об истинной религии

Августин Аврелий. Творения. Т.1. Об истинной религии. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. С.742

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) - величайший из отцов древней Церкви (doctores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. Многогранности дарований и масштабу личности Блаженного Августина вполне согтветствует общее количество написанных им сочинений - 93 в 232 книгах. В данном томе представлены ранние и по преимуществу философские работы святого отца. Приведены также обширный философско-догматический трактат «Об истинной религии (против манихеев)» и знаменитая, ошеломляющая «Исповедь». В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и к превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
скорее уступали их привычкам, чем обращали в свою веру
и подчиняли своей воле".
Итак, если бы те философы могли снова очутиться
среди нас, они бы поняли, чьим авторитетом люди так
легко убеждены, и после небольшой перемены своих слов
и воззрений сделались бы христианами, как поступили
весьма многие платоники недавнего и нашего времени.
Если же они этого не признали бы и не сделали, оставаясь
пребывать в гордости и зависти, то я не знаю, могли ли
они, преданные такой нечистоте и удерживаемые такими
путами, стремиться к тому, что, как сами же говорили,
должно быть предметом исканий и желаний. Ибо не знаю,
были ли заражены такие люди еще и третьим пороком,
а именно: с любопытством расспрашивать демонов, како-
вым более всего удерживаются от христианского спасения
те, против которых направлена настоящая речь, т. е.
язычники, потому что порок этот слишком уже детский.
5. Но каково бы ни было тщеславие философов, не-
трудно понять, что у них не следует искать религии,
поскольку они вместе с народом принимали одни и те
же священные обряды, а в своих школах, в присутствии
того же народа, громко высказывали о природе своих
богов и о высочайшем благе различные до противопол-
ожности мнения. Если бы один только этот порок был
устранен христианской религией, то и в этом случае никто
не должен был бы спорить, что учение это заслуживает
неизреченной похвалы. И действительно, отступившие от
нормы христианства многочисленные ереси служат свиде-
тельствами, что мыслящие и других старающиеся учить о
Боге Отце, Его мудрости и Божественном Даре иначе,
чем так, как этого требует истина, не допускаются у нас
к общению в таинствах. Мы веруем и учим, что относитель-
но этой сущности человеческого спасения иной философии,
т. е. занятия мудростью, и иной религии не существует,
так как те учения, которых мы не одобряем, к общению
с нами в таинствах не допускаются.
В этом отношении меньше заслуживают удивления те,
которые захотели отличаться от нас и в обряде своих
таинств, как, например, какие-то серпентины (офиты),
399