Августин Аврелий. Творения. Том 1. Об истинной религии

Августин Аврелий. Творения. Т.1. Об истинной религии. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. С.742

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) - величайший из отцов древней Церкви (doctores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. Многогранности дарований и масштабу личности Блаженного Августина вполне согтветствует общее количество написанных им сочинений - 93 в 232 книгах. В данном томе представлены ранние и по преимуществу философские работы святого отца. Приведены также обширный философско-догматический трактат «Об истинной религии (против манихеев)» и знаменитая, ошеломляющая «Исповедь». В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и к превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
другой погибели, кроме забвения того, что ты погибнуть
не можешь.
А. Слышу, прихожу в себя, начинаю оправляться. Но
прошу разъяснить остальное: каким образом в душе не-
вежественной, которой мы не можем назвать смертной,
должно быть понимание существования науки и истины.
Р. Вопрос этот, если ты желаешь его рассмотреть
тщательно, требует особой книги. Вместе с этим я нахожу
необходимым для тебя пересмотреть снова и все то, что
по возможности нами исследовано, потому что, если нет
сомнения в том, в чем мы согласились, то мы, полагаю,
сделали многое и не должны с легкомысленной бесчест-
ностью переходить к другому.
20. А. Пусть будет так, как ты говоришь; повинуюсь
охотно твоим приказаниям, но прежде, чем закончить
книгу, я попрошу показать мне в нескольких словах по
крайней мере различие между истинной фигурой и той,
какую рисует себе мысль, называемая по-гречески фан-
тазией или фантазмой.
Р. Ты просишь о том, что может видеть только чис-
тейший и к созерцанию чего ты мало подготовлен; и в
настоящее время целью этих наших околичностей было
не что иное, как твое упражнение, чтобы сделать тебя
способным созерцать истину. Впрочем, особую важность
имеет и то, каким образом это могло бы быть разъяснено,
и я быть может успею сделать это понятным. Представь
себе, что ты забыл что-нибудь, и другие желают напомнить
тебе об этом. И вот они говорят тебе, представляя в виде
похожих различные вещи: "Не это ли, не другое ли?"
Ты же, хотя и не видишь того, что желаешь вспомнить,
видишь, однако же, что оно не то, что тебе называют.
Если бы так случилось с тобою, показалось бы тебе это
полным забвением? Ведь то самое, что ты различаешь,
что не принимаешь того, на что тебе ложно указывают,
есть уже отчасти воспоминание.
А. Кажется, что так.
Р. Стало быть, такие истины еще не видят; однако же
и быть обманутыми и введенными в заблуждение не могут
и достаточно знают то, что ищут. Но если кто-нибудь
370