Августин Аврелий. Творения. Том 1. Об истинной религии

Августин Аврелий. Творения. Т.1. Об истинной религии. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. С.742

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) - величайший из отцов древней Церкви (doctores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. Многогранности дарований и масштабу личности Блаженного Августина вполне согтветствует общее количество написанных им сочинений - 93 в 232 книгах. В данном томе представлены ранние и по преимуществу философские работы святого отца. Приведены также обширный философско-догматический трактат «Об истинной религии (против манихеев)» и знаменитая, ошеломляющая «Исповедь». В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и к превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
открыл этого, слово это было для меня только звуком; а
что оно — еще и знак, это я узнал, когда открыл, какого
предмета оно служит знаком; а открыл я это, когда
заметил, и не по значению, но посредством наблюдения.
Таким образом, мы скорее узнаем знак после того, как
узнаем предмет, чем узнаем предмет по д^ному знаку.
Чтобы яснее понять это, вообрази, что мы в первый
раз слышим слово "голова", и не зная, только ли это
звук, или же он имеет еще и какое-нибудь значение,
спрашиваем, что значит "голова" (помни, что нас инте-
ресует еще не сам предмет, но знак, который нам совер-
шенно неизвестен до тех пор, пока мы не выясним, знаком
чего он служит); и вот, когда мы задаем такой вопрос,
нам указывают пальцем на сам предмет. Увидев предмет,
мы получаем познание и о знаке, который раньше слышали,
но не знали. Но поскольку в этом знаке две стороны —
звук и значение, то звук мы воспринимаем не посредством
знака, а тем, что воздействует на слух, значение же
уразумеваем, когда видим обозначаемый предмет. Ибо
указание пальцем может означать не что иное, как то, на
что оно направлено, а направлено оно не на знак, а на
ту часть тела, которая называется головою. Таким образом,
посредством указания пальцем я не получаю познания ни
о предмете, который знал раньше, ни о знаке, на который
это указание не простирается. Впрочем, я не придаю
большого значения указанию пальцем, потому что оно
представляется мне скорее знаком указания, вроде наречия
"вот", чем знаком каких-либо указываемых предметов:
обыкновенно к указанию пальцем мы присовокупляем и
это наречие, считая, что одного только указания пальцем
недостаточно.
Я стараюсь сейчас убедить тебя, насколько могу, что
при помощи знаков, называемых словами, мы ничему не
учимся, ибо, как я сказал, скорее силу слова, т. е. значение,
которое скрывается в звуке, мы узнаем, узнавши сам
обозначаемый предмет, нежели получаем представление о
предмете при помощи этого значения.
Что сказано мною о голове, можно сказать и о пок-
рывалах, и о множестве других предметов. Хотя бы я и
302