Августин Аврелий. Творения. Том 1. Об истинной религии

Августин Аврелий. Творения. Т.1. Об истинной религии. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. С.742

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) - величайший из отцов древней Церкви (doctores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. Многогранности дарований и масштабу личности Блаженного Августина вполне согтветствует общее количество написанных им сочинений - 93 в 232 книгах. В данном томе представлены ранние и по преимуществу философские работы святого отца. Приведены также обширный философско-догматический трактат «Об истинной религии (против манихеев)» и знаменитая, ошеломляющая «Исповедь». В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и к превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
высока, подобно тому, как согласился ты со мной отно-
сительно справедливости.
Еводий. Я охотно бы с этим согласился, если бы меня
не приводил в замешательство следующий вопрос: каким
же все-таки образом она, не имея ни долготы, ни широты,
ни высоты, может принимать в себя бесчисленные образы
столь больших объемов? *
Глава VI
Августин. Мы, может быть, откроем и это, если пред-
варительно тщательно разберем, что есть эти три: долгота,
широта и высота. Итак, постарайся мысленно представить
такую долготу, которая еще не приняла никакой широты.
Еводий. Ничего подобного я не могу себе представить.
Если я нарисую в уме своем нить паутины, тоньше которой
мы обыкновенно ничего не видим, я встречу и в ней,
помимо долготы, и своего рода широту, и высоту; как
бы они малы ни были, существование их я, однако же,
отрицать не могу.
Августин. Твой ответ довольно недурен, но когда ты
усматриваешь в нити паутины эти три измерения, ты ведь
различаешь их и знаешь, чем они разнятся между собой?
Еводий. Как не знать, что они разнятся? В противном
случае разве мог бы я видеть, что они есть в этой нити?
Августин. В таком случае тем же умом, которым ты
их различил, ты можешь и отделить их, представив одну
долготу, но только не представляя себе никакого тела,
потому что каково бы тело ни было, оно непременно
будет иметь их все. То, представление чего я желаю в
настоящее время вызвать в тебе, бестелесно, потому что
одна долгота может быть представлена только умом, но
в теле найдена быть не может.
Еводий. Теперь я понимаю.
Августин. Итак, если бы ты захотел эту долготу мысленно
продольно рассечь, ты нашел бы, что это невозможно,
потому что в противном случае она имела бы и широту.
Еводий. Это ясно.
192