Августин Аврелий. Творения. Том 1. Об истинной религии

Августин Аврелий. Творения. Т.1. Об истинной религии. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. С.742

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) - величайший из отцов древней Церкви (doctores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. Многогранности дарований и масштабу личности Блаженного Августина вполне согтветствует общее количество написанных им сочинений - 93 в 232 книгах. В данном томе представлены ранние и по преимуществу философские работы святого отца. Приведены также обширный философско-догматический трактат «Об истинной религии (против манихеев)» и знаменитая, ошеломляющая «Исповедь». В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и к превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
как не досточтимое и почти божественное, каким по праву
оно считалось и оказалось на деле, учение Пифагора? И
правила жизни, и не столько пути, сколько самые поля
и открытые равнины знания, и что особенно высоко чтил
этот муж, — самое святилище истины, — где оно нахо-
дилось, какое оно было, каких поклонников требовало,
— все это ты объяснил кратко и так полно, что хотя мы
догадываемся и думаем, что тебе известно еще нечто более
тайное, однако сочли бы со своей стороны бесстыдством,
если бы вздумали выпытывать у тебя что-либо большее.
— Приятно слышать это, — отвечал я. — Утешают
и поощряют меня, однако, не столько твои слова, ибо
они неверны, сколько искреннее чувство. Кстати, это
сочинение мы предположили послать тому, кто имеет
обыкновение думать о нас лучше, чем мы есть в дейст-
вительности. Впрочем, если бы прочитали его и другие,
я не думаю, чтобы они рассердились на тебя. Ибо кто
не извинит с полной благосклонностью ошибки в суждении
со стороны человека любящего? Что же касается твоего
упоминания о Пифагоре, то, думаю, что оно пришло тебе
на ум в силу того же неведомого божественного порядка.
Ибо я решительно упустил из виду вещь самую необ-
ходимую, которая меня в этом муже (если верить написан-
ному; хотя кто не поверит Варрону) удивляет и которую,
как тебе известно, я ежедневно превозношу, а именно:
что учение об управлении республикой он преподавал
своим слушателям в самую последнюю очередь, когда они
были уже учеными, уже совершенными, уже мудрыми,
уже блаженными. В этом управлении он видел столько
волн, что ввергать в эти волны не хотел никого, кроме
мужа, который бы, управляя почти божественным образом,
мог бы избежать скал, и если бы изменило ему все,
сохранился бы сам в тех волнах, как скала. Ибо о мудром
можно с полным основанием сказать словами Вергилия:
"Стоит он, как в море скала неподвижная", равно как и
прочее, что говорится на ту же тему в прекрасных стихах.
На этом состязание завершилось, и мы, радостные и
возбужденные, оставили место нашего собрания уже при
свете ночной лампы.
182