Августин Аврелий. Творения. Том 1. Об истинной религии

Августин Аврелий. Творения. Т.1. Об истинной религии. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. С.742

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) - величайший из отцов древней Церкви (doctores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. Многогранности дарований и масштабу личности Блаженного Августина вполне согтветствует общее количество написанных им сочинений - 93 в 232 книгах. В данном томе представлены ранние и по преимуществу философские работы святого отца. Приведены также обширный философско-догматический трактат «Об истинной религии (против манихеев)» и знаменитая, ошеломляющая «Исповедь». В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и к превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
разумеет. Поэтому, если кто-нибудь постигнет глупость,
чтобы ее избежать, то он еще не мудр. Когда же он
сделается мудрым, тогда уже глупость не должна быть
причисляема к тому, что он разумеет. На этом основании:
так как с Богом соединено то, что разумеет уже мудрый,
то будет правильно и логично, если мы глупость от Бога
устраним!
— Ты, Алипий, — возразил я, — отвечал как всегда
остроумно, но отвечал так, как обычно отвечает попавший
в чужое затруднительное положение. В подобном поло-
жении, так как ты, надеюсь, не откажешься пока побыть
глупым со мною, что сделали бы мы, встретив такого
мудреца, который взялся бы охотно освободить нас от
этой беды путем научения и состязания? Мне думается,
я, со своей стороны, попросил бы его прежде всего
показать мне, что такое глупость, почему и какого рода
она бывает. Потому что, не знаю, как тебя, а меня глупость
принуждает размышлять над нею до тех пор, пока я не
осознаю ее и не превзойду. Итак, придерживаясь твоего
мнения, этот мудрец должен был бы сказать нам следующее:
"С подобным вопросом вам следовало бы обратиться ко
мне в то время, когда я был глуп; теперь же только вы
сами и можете быть для себя учителями, ибо я уже
глупости не понимаю". Получив от него подобный ответ,
я не задумываясь попросил бы его присоединиться к
нашему обществу и вместе с нами поискать иного учителя.
Ибо, хотя я и не вполне понимаю глупость, тем не менее,
на мой взгляд, глупее подобного ответа не может быть
ничего. Но, возможно, ему стыдно будет оставить нас безо
всего и следовать за нами. В этом случае он вступит с
нами в состязание и будет рассуждать о злополучиях
глупости. А мы, ожидая получить вразумительный ответ,
будем внимательно слушать человека, не знающего, что
он говорит; или будем думать, что он знает то, чего не
понимает; или, наконец, что глупость соединена с Богом,
согласно с мнением тех, кого ты взялся защищать. Первых
двух положений, по моему мнению, нельзя защитить
никоим образом; остается, значит, последнее, хотя оно
вам и не нравится.
147