Августин Аврелий. Творения. Том 1. Об истинной религии

Августин Аврелий. Творения. Т.1. Об истинной религии. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. С.742

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) - величайший из отцов древней Церкви (doctores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. Многогранности дарований и масштабу личности Блаженного Августина вполне согтветствует общее количество написанных им сочинений - 93 в 232 книгах. В данном томе представлены ранние и по преимуществу философские работы святого отца. Приведены также обширный философско-догматический трактат «Об истинной религии (против манихеев)» и знаменитая, ошеломляющая «Исповедь». В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и к превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
Тут Лиценций решил сослаться на авторитет предков,
на что Тригеций благоразумно возразил, дескать, предки
предкам рознь. Тогда первый и говорит:
— Считаешь ли ты мудрым Карнеада?
— Я не грек, — отвечает Тригеций, — и знать не
знаю, каков был твой Карнеад.
Лиценций:
— Ладно, в таком случае, что ты думаешь о нашем
знаменитом Цицероне?
После долгого молчания Тригеций согласился, что Ци-
церон был мудр. Обрадовался Лиценций:
— Итак, — говорит, — его мнение по данному предмету
имеет для тебя хоть какой-нибудь вес?
— Имеет.
— Так выслушай, если подзабыл, что он говорил. Наш
Цицерон полагал, что блажен тот, кто исследует истину,
хотя бы и не был в силах ее открыть.
— Где же, позволь, ты это вычитал?
На что Лиценций:
— Разве тебе не известно, что Цицерон особенно нас-
таивал на том, что не существует достоверного чувственного
восприятия, а коли так, то мудрому ничего не остается,
кроме тщательнейшего изыскания истины, так как, если
бы он принял на веру то, что неизвестно, то никогда не
смог бы избавиться от заблуждений, а это со стороны
мудрого — величайшая ошибка! Поэтому: если мудрого
следует считать блаженным, а настоящий удел мудрости
— исследование истины, то, значит, одно только это
изыскание уже может сделать жизнь блаженной.
Тогда Тригеций:
— А можно ли забрать назад необдуманно сделанную
уступку?
Тут уже я заметил, что подобное не дозволяется только
в тех случаях, когда затевают споры не из желания найти
истину, а из ребяческого легкомыслия. Учитывая же ха-
рактер спора, а равно и то, что спорщики находятся на
стадии воспитания и обучения, я это не только дозволяю,
но и настаиваю, чтобы взято было за правило возвращаться
к обсуждению и пересмотру того, в чем были сделаны не
11