Августин Аврелий. Творения. Том 1. Об истинной религии

Августин Аврелий. Творения. Т.1. Об истинной религии. Изд. 2-е. — СПб.: Алетейя; Киев: УЦИММ-Пресс, 2000. С.742

Блаженный Августин (Sanctus Aurelius Augustinus) (354-430) - величайший из отцов древней Церкви (doctores ecclesiae) христианского Запада, оказавший огромное влияние на все дальнейшее развитие христианской мысли, этических взглядов и церковного устройства. Многогранности дарований и масштабу личности Блаженного Августина вполне согтветствует общее количество написанных им сочинений - 93 в 232 книгах. В данном томе представлены ранние и по преимуществу философские работы святого отца. Приведены также обширный философско-догматический трактат «Об истинной религии (против манихеев)» и знаменитая, ошеломляющая «Исповедь». В книге использованы переводы Киевской Духовной Академии, выполненные профессорами Академии с большой текстологической тщательностью и к превосходным знанием церковно-богословских реалий раннего христианства. Тексты печатаются в современной редакции. Для самого широкого круга читателей.

OCR
какую жизнь проводим мы, твои друзья, и какой плод
собираем от своего благородного досуга, — все это,
полагаю, ты узнаешь из этих книг, более приятных нам
твоим именем, чем нашей обработкой, особенно если и
ты сам, избирая лучшее, захочешь ввести и включить себя
в тот порядок, о котором я тебе пишу.
Когда болезнь желудка принудила меня оставить шко-
лу,— меня, который, как тебе известно, и без подобной
крайности задумывал бросить все и предаться философии,
я тотчас же перебрался на дачу ближайшего друга моего
Верекунда. Нужно ли говорить, что это — с охотно
данного им согласия — ты ведь прекрасно знаешь редкое
благоволение этого замечательного человека к людям во-
обще, и ко мне в частности. Там мы рассуждали обо
всем, что казалось нам полезным, благоразумно избегая
резких споров, ибо, как я заметил, несдержанность в
выражениях и неумеренная горячность усугубляли мою
болезнь. Да и к тому же, если бы нам захотелось что-либо
записать, куда легче припомнить неторопливую и рас-
судительную беседу. Диспуты, или, если угодно, состязания
вели со мною Алипий, мой брат Навигий и Лиценций,
неожиданно увлекшийся поэзией. В то же время воз-
вратился с военной службы Тригеций, который, как ветеран,
полюбил историю. Имели мы кое-что для этого и в книгах.
Состязание первое
3. В одну из ночей, бодрствуя по обычаю, я молча
размышлял сам с собой обо всем, что только приходило
на ум. Из любви к исследованию истины у меня развилась
привычка размышлять по ночам. При этом я не позволял
юношам отвлекать меня от этих ночных бдений своей
болтовней. Впрочем, я к ним несправедлив, ибо они и в
продолжении целого дня изрядно трудились, да частенько
еще пытались продолжать свои рассуждения далеко запол-
ночь, что мне казалось уже чрезмерным. Кроме того, я
хотел приучить их, помимо разговоров и книг, работать
в тишине, наедине со своею душой.
117